– Если мы разрешим «Лондон айронстоун» пересечь восточную границу поместья, то будем ежегодно получать большую сумму, и это очень поможет решить наши финансовые проблемы.
Кэтлин склонилась над столом и, внимательно посмотрев на карандашные отметки, сказала:
– Но это невозможно. Судя по тому, что вы нарисовали, железнодорожные пути пройдут не только через ферму Вутенов, но еще и через по меньшей мере три фермы других арендаторов.
– Да, заденут четыре фермы, – признал Девон.
Уэстон тем временем разглядывая карту, и все больше хмурился:
– Похоже, пути пересекут две наши частные дороги.
У нас не будет доступа к восточной части.
– Железная дорога за свой счет построит два моста через пути, чтобы все части поместья оставались связанными между собой.
Еще до того, как Уэстон ответил брату, Кэтлин, совершенно потрясенная, выпрямилась и посмотрела в лицо Девону.
– Вы не можете на это согласиться: не можете отобрать у этих семей фермы.
– Поверенный подтвердил, что все по закону.
– Причем здесь закон? Речь о моральном праве.
Вы не можете лишить людей крыши над головой и средств к существованию. Что будет с этими семьями? А с их детьми? Даже вы не сможете жить с таким грузом на совести.
Девона очень раздражало, что она думает о нем самое худшее, и он посмотрел на нее с горечью.
– Я не собираюсь бросать арендаторов на произвол судьбы и намерен помочь им найти новое место.
Кэтлин начала качать головой еще до того, как он закончил говорить.
– Эти люди на протяжении нескольких поколений занимались только фермерством, оно у них в крови.
Отобрать у них землю означает сломать их.
Девон знал, что она отреагирует именно так: на первом месте люди, а бизнес – на втором, – но это не всегда возможно.
– Речь идет всего о четырех семьях из двухсот. Если мы не заключим сделку с «Лондон айронстоун», своих ферм могут лишиться все арендаторы Эверсби.
– Должен быть какой-то другой путь, – настаивала Кэтлин.
– Если бы был, я бы его нашел.
Она не знала о бессонных ночах и изнурительных днях, которые он провел в поисках других вариантов.
Хорошего решения не существовало, приходилось выбирать среди плохих, и этот был наименее болезненным из всех. Кэтлин смотрела на него с таким видом, словно он отбирал корочку хлеба у сироты.
– Но…
Девон потерял терпение.
– Не давите на меня! Мне и так тяжело, не хватало еще лицезреть эту подростковую драму.
Кэтлин побледнела. Не слова ни говоря, она развернулась и решительно ушла из библиотеки.
Уэстон со вздохом посмотрел на брата.
