– А никому не пришло в голову его спросить? – сухо поинтересовался Девон.
– Дело в том, что леди Пандора и леди Кассандра просили его помочь отыскать сбежавшего поросенка.
Девон напрягся.
– Ты сказал «поросенка»?
– Да, милорд: это их новый домашний питомец.
Кончики его пальцев коснулись подбородка Кэтлин в легчайшей ласке, и она почувствовала, что его ладонь больше не зажимает ей рот.
– Есть ли какая-то конкретная причина держать скотину в…
Кэтлин обернулась в тот самый момент, когда он наклонил голову, и его губы наткнулись на ее висок.
От этого случайного прикосновения все ее чувства пришли в смятение. Его губы оказались такими упругими и нежными, а дыхание горячим, что по телу ее пробежала дрожь.
Девон чуть охрипшим голосом, схватившись за металлическую кромку двери, чтобы она не закрылась снова, закончил.
– …доме?
– Нет нужды говорить, что если домом хорошо управляют, подобные вопросы не возникают, – чопорно заявил Саттон. – Мне передать вам полотенца?
– Нет, оставь с той стороны.
Я их заберу, когда буду готов.
– Как, на полу? – Саттон явно пребывал в замешательстве. – Милорд, может, положить их на стул.
Из комнаты донесся шорох – камердинер придвигал поближе к двери предмет какой-то мебели. Глядя из-под отяжелевших век, Кэтлин заметила, что Девон держится за дверь с такой силой, что побелели костяшки пальцев, тело напряжено, а чуть пониже спины в нее упирается его мужское достоинство, твердое и пульсирующее. Она чуть изменила положение тела на более, с ее точки зрения приемлемое, и Девон, резко втянув воздух, схватил ее за бедро, вынуждая стоять неподвижно.
И тут она вдруг поняла, что будет дальше, и застыла, горло сжал спазм, тело обратилось в лед, трепет перешел в судороги ужаса. Сейчас опять будет больно. Замужество научило ее, что мужчина, когда возбужден, теряет контроль над собой и превращается в зверя.
Кэтлин в отчаянии пыталась угадать какую угрозу представляет собой Девон, как далеко может зайти, и что делать, если причинит ей боль.
Она будет отбиваться, завизжит, и не важно, к каким это приведет последствиям для нее самой и для ее репутации.
Он тем временем обнял ее за талию и принялся поглаживать круговыми движениями, словно она испуганная лошадь. От бешеного сердцебиения у нее шумело в ушах, но сквозь этот шум она услышала, как камердинер спрашивает, нести ли багаж в спальню хозяина. Девон ответил, что решит позже, а пока ему нужна одежда, и побыстрее.
