– Что ты сказала? Не про помаду, а про Хелен.
Зачесывая наверх очередную прядь волос Пандоры, Кассандра ответила:
– Я не думаю, что ей нужен отдых от чрезмерного волнения. Я думаю… – Она помолчала. – Кэтлин, если я расскажу про кого-то что-то личное, это будет сплетня?
– Да, но это не тот случай: речь про Хелен и ты рассказываешь это мне, – так что продолжай.
– Вчера, когда мистер Уинтерборн приходил к нам с визитом, они с Хелен оставались в гостиной на первом этаже за закрытыми дверями. Я собиралась зайти забрать книгу, которую оставила на подоконнике, но услышала их голоса.
– Кассандра помолчала. – Вы были заняты с экономкой, проводили инвентаризацию, и я решила, что не стоит вас беспокоить.
– Да-да, и?..
– Судя по тому, что я слышала, они из-за чего-то ссорились. Наверное, мне не стоит называть это ссорой, потому что Хелен не повышала голос, но… казалась расстроенной.
– Вероятно, они обсуждали свадьбу, – предположила Кэтлин. – Ведь именно тогда мистер Уинтерборн ей сказал, что намерен начать к ней готовиться.
– Нет, не думаю, что они спорили из-за этого. Жалко, что я не смогла услышать больше.
– Тебе нужно было использовать мой трюк со стаканом, – раздраженно заметила Пандора. – Если бы там была я, то смогла бы потом пересказать все до последнего слова.
– Я пошла наверх, – продолжала Кассандра, – и как только поднялась, увидела, как мистер Уинтерборн уходит. Через несколько минут Хелен тоже поднялась наверх, и у нее было очень красное лицо, как если бы она плакала.
– Она что-нибудь говорила о том, что произошло? – спросила Кэтлин.
Кассандра отрицательно покачала головой.
Пандора нахмурилась и потрогала свои волосы.
– Это не похоже на завитки: скорее уже гигантские гусеницы.
Кэтлин посмотрела на близняшек, и по ее лицу промелькнула улыбка. Как же она любит их обеих! Хоть она еще слишком молода и недостаточно мудра, чтобы быть им матерью, кроме нее, у них никого нет, чтобы по-матерински направлять, пожалеть или наказать.
– Я пойду загляну к Хелен, – сказала она вставая, но прежде чем уйти, подошла к Пандоре и разделила одну из «гусениц» у нее на голове на два валика и закрепила их шпильками.
– Что вы ей скажете, если она признается, что у них с Уинтерборном была ссора? – спросила Кассандра.
– Скажу, чтобы ни в коем случае не позволила мужчине доминировать. Лорд Бервик как-то сказал мне, что, если лошадь натягивает поводья, нельзя тянуть их обратно, надо отпустить, но не больше чем на дюйм.
