Хелен промолчала, тут же пожалев о своей несдержанности.
– Мне всегда казалось странным, – заметил Уэстон, – что вы вынуждены жить как монашка в монастыре. Почему Тео не брал вас в Лондон на сезон, когда ухаживал за Кэтлин?
Хелен окинула его взглядом и быстро проговорила:
– Я сама не хотела: мне гораздо больше нравится здесь.
Уэстон накрыл ее руку своей и слегка пожал.
– Друг мой, позвольте мне дать вам один совет, который может оказаться полезным, когда окажетесь в свете. Когда лжете, следите за руками: они должны лежать на коленях неподвижно и расслабленно.
Хелен медленно вздохнула и спокойно ответила:
– Я хотела поехать, но Тео говорил, что я еще не готова.
– Уже лучше, – усмехнулся Уэстон. – По-прежнему неправда, но ближе к истине.
В это время в дверном проеме показался Девон, и это избавило Хелен от необходимости отвечать. Он улыбнулся и обратился к присутствующим:
– По словам доктора Джензера, мистер Уинтерборн идет на поправку, и зрение у него прекрасное. – Подождав, когда стихнут радостные возгласы, он добавил: – Позже вы сможете его навестить, но, разумеется, по одному, а не всей толпой, чтобы не глазеть на него, как на гиббона в Бристольском зоопарке.
Глава 23
Теперь, когда к Ризу вернулось зрение, а жар прошел, он чувствовал себя почти нормально. Его сознание переполняли мысли о его магазине, он ощущал небывалый прилив энергии. Ему нужно было срочно связаться с персоналом: менеджерами, пресс-секретарем, личным помощником, поставщиками и производителями. Он доверял своим сотрудникам: все они настоящие профессионалы и на протяжении какого-то периода способны работать самостоятельно – однако без его присмотра могут и расслабиться.
В магазине недавно открылся новый книжный отдел – как прошли первые две недели, каковы продажи? Через месяц предполагалось открыть и более современный буфет – выдерживают ли плотники и техники график работ?"
"Риз потер челюсть и обнаружил, что стал колючим как еж. Раздосадованный, он позвонил в колокольчик, стоявший на тумбочке возле кровати.
Прошло не меньше получаса, но никто так и не появился. Риз уже снова потянулся было за колокольчиком, когда наконец вошел пожилой седовласый мужчина невысокого роста, крепкий, в простом черном сюртуке с фалдами и темно-серых брюках. Его простое, ничем не примечательное лицо с носом картошкой походило на неравномерно поднявшийся каравай, но темные глаза под кустистыми седыми бровями смотрели мудро и добро. Лакей представился как Квинси и спросил, чем может быть полезен.
