Уэстон со страдальческим видом подчинился и засунул термометр в рот.
– Дорогая, – сказала Кэтлин, – не могла бы ты поговорить с миссис Черч по поводу обеда? Когда в доме трое раненых, я думаю, не стоит изощряться: пусть будет что-нибудь попроще.
– Двое, – возмущенно промычал Уэстон с термометром во рту. – Я совершенно здоров.
– Да, конечно, – согласилась девушка и обратилась к Кэтлин: – И заодно попрошу поднос с едой для доктора Уикса. Он еще долго будет заниматься с лордом Трениром и мистером Уинтерборном и определенно проголодается.
– Ты права, – кивнула Кэтлин. – Не забудь про лимонный силлабаб: насколько я помню, доктор Уикс сладкоежка.
– Ну, правильно, давайте, – промычал Уэстон с термометром во рту, – говорите о еде рядом с умирающим с голоду.
Перед тем как уйти, Хелен пальцем коснулась его подбородка, чтобы закрыл рот, и заявила:
– Никаких разговоров!
После ее ухода Кэтлин принесла Уэстону чай, забрала термометр и, внимательно рассмотрев ртутный столбик, заключила:
– Еще полградуса, и сможете поесть.
Уэстон откинулся на подушки и серьезно спросил, сбросив шутовскую маску:
– Как дела у Девона?
– Им занимается доктор Уикс. Мы с миссис Черч и видели у него на груди и боку ужасный огромный синяк: похоже, перелом ребер. Но он был в сознании, когда вышел из экипажа, и потом, уже в комнате, открыл глаза."
"– Слава богу! – выдохнул Уэстон. – Если нет других повреждений, кроме сломанных ребер, это будет чудом. Такая катастрофа… господи, вагоны расшвыряло как детские игрушки.
А те, кто не выжил… – Он помолчал и напряженно сглотнул. – Хотел бы я забыть то, что видел.
Кэтлин села на стул возле кровати, взяла его руку и легонько пожала.
– У вас совсем не осталось сил.
Он издал короткий невеселый смешок.
– Это очень мягко сказано: я полутруп.
– Я оставлю вас. Отдыхайте.
Уэстон обхватил ее кисть и взмолился:
– Нет-нет! Не уходите пока! Я не хочу оставаться один.
Кэтлин кивнула, а Уэстон отпустил ее руку и потянулся за чаем.
– То, что вы рассказывали про Девона, правда? – спросила Кэтлин.
Уэстон осушил чашку в два больших глотка и совершенно серьезно сказал:
– К сожалению. Этому сукину сыну почти удалось себя угробить.
Кэтлин взяла чашку из его слабых пальцев, а он продолжил:
– Не знаю, как ему удалось. Я пробыл в воде не больше двух минут и промерз до самых костей, все тело онемело. А Девон как-никак шастал туда-сюда не меньше четверти часа, бесшабашный недоумок.
