Он никогда не давал мне повода сомневаться в нем или его верности. До этого момента.
– Целый год мы будем жить под одной крышей. Я хочу, чтобы все прошло нормально, без проблем, понимаешь?
Он предложил мне косяк, но я отказался.
– Понимаю, звучит разумно.
Оукли покачал головой.
– Не смотри на меня так, чувак. Ничего не изменилось. Я все еще твой лучший друг.
– Конечно.
Я его успокаивал, и он это знал. Буквально через мгновение он бросился на меня.
– Перестань быть таким мудаком. Последние четыре года я делал для тебя все, ну разве что член твой гребаный не сосал, а теперь ты ведешь себя так, будто я совершил что-то жуткое по отношению к тебе, хотя я просто отказался помочь тебе разрушить жизнь какой-то девчонки? – Он плюнул на мою машину, прежде чем подойти к своей.
– Пошел ты! – Оук похлопал себя по груди. – Ты больше не хочешь со мной дружить? Ладно. Но в отличие от некоторых я хотя бы не рушу жизни других людей ради своего собственного удовлетворения, придурок.
Прислонившись к своему «Лексусу», я посмотрел на него сверху вниз.
– Ты закончил?
– Да. – Он сделал глубокий вдох. – Я думаю, что да.
– Хорошо. – Я подошел к нему поближе. – Ведь если ты еще раз плюнешь на мою тачку, я выбью все твои гребаные зубы. – Я сделал еще шаг ему навстречу. – Ты не хочешь выбирать чью-то сторону? Хорошо. Но не надо стоять тут и делать вид, будто ты делаешь это из добрых побуждений, якобы ты такой благородный. Я за километр чую твое вранье.
Чувак больше парился над приготовлением хлопьев на завтрак, чем над отношениями с той же Хейли, и, понятное дело, он искал способ наконец покончить с этим, но при этом не хотел быть тем, кто, так сказать, нажмет на спуск и выстрелит.
– Ты защищаешь Дилан не потому, что она член семьи, а ты весь из себя такой хороший парень. Ты просто используешь ее.
Что-то промелькнуло в выражении его лица.
– Ну, даже если и так. – Он выдохнул. – Что в этом такого?"
"Господи. Оук похож на щенка, за которым постоянно нужно присматривать, чтобы он не перегрыз провод и его не убило током.
По-хорошему мне следовало бы надрать ему задницу прямо тут, на стоянке, но я знал, что прекращение нашей дружбы причинит ему в десять раз больше боли, чем мне, особенно с его-то страхом остаться одному.
Я решил бросить щенку кость.
– Ты используешь Дилан, чтобы заставить Хейли ревновать, но это не сработает. Тебе нужно просто набраться, наконец, смелости и покончить с этим проклятым дерьмом.
Он закурил еще один косяк.
