И с «дядюшкой», и с любимым мужчиной.
- Зато мама удивится. Мы же навестим её через месяц, да? И расскажем всё.
- Думаю, мы сможем навестить твоих родных намного раньше - должен же я попросить твоей руки у тех, кто тебя вырастил.
- Они согласятся,- потянувшись, поцеловала, наверное, уже жениха, в щёку.- Мне будет достаточно сказать, что я тебя люблю. Ой, а как же?..- от внезапно пришедшей в голову мысли я резко выпрямилась, растерянно глядя на мужчину.
- Что? Что такое? - заволновался он.
- Согласие на брак! Ведь если Дмитрий и Трофим были бы против, его должен подписать ты сам, а если ты жених - разве так можно? Это будет законно?
- Сомневаюсь, что Дмитрий отказался бы подписать согласие, у него нет никаких на то оснований. Но этого и не потребуется. Кирилл оставил два распоряжения. Одно ты уже видела. Вот второе.
И Ростислав, уже привычно, достал из воздуха лист бумаги и протянул мне.
Начало ничем не отличалось от того, что я уже читала. Длиннющее вступление, «я такой-то и такой-то, в присутствии тех-то и тех-то», дальше вновь перечислялась куча свидетелей - на этот раз Ростислава среди них не было,- а потом всего одна строчка:
«Даю согласие на брак своей дочери Виктории Соколовой с моим преемником Ростиславом Беркутовым».
И всё. Никаких условий. Никаких менталистов и любых других необходимых доказательств. Мой отец просто дал согласие на наш брак.
А ниже подпись и дата. День нашей первой встречи, когда Ростислав впервые взял меня на руки, а я разревелась, перепугав его до паники.
- Я узнал об этом согласии только после смерти твоего отца, мне его отдал нотариус вместе с остальными документами и распоряжениями Кирилла. Тогда оно вызвало во мне лишь лёгкую грусть о малышке, которая никогда не станет взрослой, и у нас не будет даже шанса узнать друг друга настолько, чтобы понадобилось воспользоваться этим документом. Но с той минуты, как ты «воскресла», я всё чаще вспоминал о нём.
- А... ты это не потому, что он хотел?..- я просто должна была это спросить. Не верила в подобное, но и не спросить не могла. Вопрос прозвучал коряво, но Ростислав меня понял.
- Вика, я никогда бы не женился без любви, и Кирилл прекрасно это знал. Твой отец лишь взял с меня обещание стать твоим опекуном, если он сам не сможет, не особо доверяя сыновьям - работа Дмитрия не способствует заботе о ком-либо, ну а Трофим всегда был разгильдяем.
