До Перси впервые дошло, что нужно как следует проверить содержимое вещмешка.
Он выложил вещи на траву. И обнаружил, что его ограбили! Исчезла фляга, пропали штык и лезвие саперной лопатки. Более того, каску он тоже не нашел. Перси не помнил, была ли она при нем, когда он проснулся, хотя нашел на шее ремешок от каски. Черт возьми, кто-то забрал даже металлические наконечники шнурков и вытащил из подошв гвозди! Пропало все железное. А главное, хотя фляжка и пропала, кожаный чехол лежал на траве нетронутым – исчезла только металлическая емкость.
Осталась на месте платежная книжка, и никого не заинтересовали несколько пенни, валявшихся в мешке, и даже стеклянная бутылка с порцией рома. Какой занятный вор! Он не украл краски – но улетучилась металлическая коробка, в которой лежали тюбики. А главное, кто-то даже не поленился снять металлические ободки с кисточек, так что щетина рассыпалась по дну вещмешка. Но зачем?
А оружие? Перси схватился за пистолет на поясе.
Осталась только деревянная рукоятка. Опять-таки, почему? Украсть пистолет – да, понятно, но нужно изрядно постараться, чтобы воспользоваться пистолетом без рукоятки. Бессмысленно. Но, впрочем, когда это здесь, на западном фронте, здравый смысл хоть кому-то помогал?
Русские молча наблюдали, явно удивленные лихорадочными движениями Перси.
Потихоньку возвращались забившиеся в дальний угол воспоминания.
Рядового Перси назначили в маскировочное подразделение после ранения в ногу.
Удивительно, но начальство узнало, что некогда он был чертежником. Армия иногда нуждается в людях, способных не только владеть оружием или не дрогнув принять пулю, но и держать карандаш и выбрать из цветового спектра нужный оттенок, чтобы превратить танк в безобидный стог сена – пусть даже стог сена с выходящей из него струйкой дыма, если ребята решили устроить перекур. Перси радовался передышке. Он носил с собой коробку с красками, чтобы подбирать тона и наносить завершающие штрихи после стандартных щедрых мазков зеленой краской.
"
"Что еще он помнил? Что произошло прямо перед обстрелом? А, сержант распекал новобранца, который носил в нагрудном кармане злополучное Евангелие, из тех, что матери и невесты присылали на фронт в надежде, что святые слова сохранят жизнь их мальчикам. Или, если одних слов недостаточно, металлический переплет сделает то, что не под силу вере.
