– Сделай так, как я прошу, Лобсанг.
Корабль спустился.
Пахло жиром и горелым мясом.
Джошуа, с попугаем на плече, шагал по прямой немощеной улице. Несколько ворон с досадой взвились в воздух. Странно было обнаружить хорошо развитый поселок в такой дали. Дома, с глинобитными стенами на прочных деревянных рамах, стояли аккуратными прямоугольными рядами. Наверное, первопроходцы, прокладывая первые улицы, мечтали, что однажды по этому плану будет построен большой город. Теперь большинство домов сгорели; дальше дымился целый квартал.
Джошуа подошел к первому трупу – женщине средних лет, с перекушенным горлом. Разумеется, человек такого сделать не мог.
Он шел дальше и видел других мертвецов, в канавах, на пороге, в домах. Мужчин, женщин и детей. Некоторые, судя по всему, получили смертельный удар, когда бежали. Ни у одного не было при себе Переходника, но это Джошуа не удивило. Здесь они были дома и думали, что им ничто не грозит.
Он приблизился к центральному зданию на холме.
Если поселок следовал примеру большинства религиозных колоний, там, вероятно, располагалась церковь или иное святилище. Первая постоянная постройка, воздвигнутая на новом месте. А следовательно, в ней хранилось общее имущество, в том числе радиостанция и какой-нибудь источник энергии. Еще она служила укрытием на случай беды, как все церкви в западной истории. Вокруг, разумеется, валялось множество тел. Похоже, враг нанес удар сразу после утренней молитвы, ну или как там называлась церемония, которую проводили Жертвы.
Не исключено, что Утренняя Зарядка.
Двери были заперты, а внутри могло быть что угодно. Когда Джошуа подошел, в воздух взвилась целая туча мух; вороны обиженно наблюдали за чужаком с крыши.
Прямо над головой Джошуа появился корабль.
– Лобсанг, ты ничего не заметил?
– Ничего подозрительного поблизости."
"– Я хочу зайти в церковь. Или в молельню, не знаю.
– Будь осторожен.
Джошуа подошел к двойным дверям, вделанным в прочную стену из камня, обмазанного чем-то вроде штукатурки.
Он пнул дверь и чуть не сломал лодыжку. И приготовился сделать вторую попытку.
– Побереги свой хрупкий эндоскелет, – сухо произнес Лобсанг. – Задняя дверь открыта настежь.
Точнее сказать, сорвана с петель и брошена на дорогу. Миновав расщепленную дверную коробку, Джошуа вошел в маленькую радиорубку, где все еще работал передатчик, адресуя Вселенной свое невинное послание. Джошуа почтительно выключил его.
