Темно и не видно ни фига. — Я отвалился от окна и направил на него фонарик, но слабый луч ничуть не разогнал тьму за стеклом. — Стоп. Должно же тут быть что-то аппаратное, не может быть, чтобы они тут с фонарями ходили… Ага, вот что-то похожее… «ПОДСВЕТ СО», понятия не имею, что это за «эс-о», но «подсвет» определенно намекает…
Я нажал кнопку. В окне зажегся свет.
Лена ахнула. Я не ахнул, правда, но сердце точно пропустило удар или два.
Центральная часть «шестерни» являлась, похоже, чем-то вроде одноместной капсулы, заполненной какой-то желеобразной массой.
И вот в этой капсуле, в этой массе висела как в невесомости обнаженная девушка.
Вряд ли ей было больше лет, чем нам. Длинные черные волосы застыли вокруг ее головы неподвижной грозовой тучей. Откуда-то из затылка выходил и тянулся до пола тонкий шланг в металлической оплетке. Такие же шланги, только поуже, были присоединены к обеим рукам, ногам и пояснице. Смуглое скуластое лицо было спокойно, а чуть раскосые глаза закрыты.
И она казалась смутно знакомой, ко всему прочему, но это невозможно, потому что, потому что…
Лена ткнула пальцем в заложенную за уголок окна бумажку. Надпись гласила: «Байрамова, У., ВГ-92». Фамилия, фамилия, где же я ее…
— Это же из лагеря девочка! — выпалила Лена. Соображала она явно быстрее моего. — Ульзана, я ее помню, она из первого отряда!
Точно, я же ее только сегодня на линейке видел. Как это? Что это значит?
Почти бегом я рванул к следующей шайбе. «Винниченко, А.
», «Вавилова, И.», «Нигальчук, А.» Все ребята из лагеря, все знакомые имена, но попадались и другие — «Стругацкая, М., ВГ-76», «Голиченко, Я., ВГ-54», «Советина, У., ВГ-101». И знакомая фигурка с шлейфом красных волос, беззащитно застывшая в окружении коммутаторов и кабелей. Как бабочка в янтаре…
— Советина… Ульяна… — прошептала Лена. — Но как…
А я заметил еще кое-что. Когда мы только вошли в репозиторий, все индикаторы на пультах были темными. Сейчас на всех горела красным одна и та же кнопка.
«ПЕРЕГРЕВ».
Неожиданно оживают голоса в голове.
— Резкий подъем температуры в репозитории! Ситуация три! Ситуация три! Белка! Как слышите?
— Контроль, я Белка, слышу вас, — отзывается знакомый голос «второго».
— Белка, вы на дежурстве осматривали репозиторий?
Короткая пауза.
— Так точно, осматривали.
— Срочно возвращайтесь, там, похоже, взлом. Доклад по разрешении ситуации.
— Есть.
Ленка смотрит круглыми глазами.
