"
"— Ну так давай, — поддержал его напарник. — Чего в темноте стоять? У меня от этих коридоров мурашки по коже, постоянно кажется, что кто-то на тебя смотрит.
— Таблеточки пей, помогает, — посоветовал второй. — По инструкции последний пункт осмотра — репозиторий, прямо по коридору.
Первый поежился.
— Репозиторий? Это же там, где…
— Точно, — подтвердил второй. — Неприятное место, конечно.
— Да ну его на фиг, сколько можно? Что там проверять, гробы эти? Обойдутся! — возмутился первый и решительно направился в левый коридор.
Второй вполголоса ругнулся, полоснул фонариком прямо перед собой крест-накрест, и последовал за первым.
Мы остались одни.
— Лен! — тихонько позвал я через минуту, для надежности. — Ты все слышала?
— Все, — подтвердила она шепотом. — Он сказал «гробы». Нужно посмотреть.
И мы пошли прямо.
***
Коридор закончился довольно быстро и неприятно — массивной металлической дверью, запертой на кодовый замок. Обидно — ни сканирования сетчатки, ни голосового распознавания, ни даже банальных отпечатков пальцев, а пройти можно, только зная код.
«Простота есть необходимое условие прекрасного», как сказал граф Толстой. Ничего прекрасного в сложившейся ситуации я, правда, не видел.
Рядом разочарованно вздохнула Лена.
— Что делать? — тихо спросила она. — За ними?
Я энергично покачал головой.
— Там же пост, ты слышала. Как ты мимо него собралась?
Лена вздохнула повторно.
— Мне казалось, ты что-нибудь придумаешь…
Казалось ей. Чего тут придумать-то? Чтобы открыть дверь, нужен ключ-код.
Где взять ключ? Взять его негде. Вернуться? Пойти с разоблачениями к вожатой? Курам на смех. Петлять дальше по туннелям? Либо заблудимся, либо попадемся. Эх, что ж так неудачно, должен быть выход, должен быть ключ…
Не к месту вспомнился дурацкие ночные события: «Ключ сорок два». Бред какой-то.
Набираю на панели «4» и «2», нажимаю «Ввод» и отворачиваюсь. Ну, по крайней мере, можно будет сказать, что пытался, но ничего не выш…
За спиной слышится короткая электронная трель и щелчок открывающейся двери.
Лена застывает с широко открытыми глазами.
— Как это у тебя…?
На замке горит зеленый огонек.
— Элементарно, Ватсон, — сообщаю я. Не потому, что я такой весь из себя замечательный. А оттого, что понятия не имею, как вообще так получилось.
Мы входим в темноту репозитория. Наверняка, где-то здесь есть свет, но я понятия не имею, где его включить. Обойдемся фонариком.
Мы в просторном помещении, выложенном белым кафелем.
