Это расслабляло.
— Привет, герой! — из толпы насмешливо улыбалась Алиса. — Ты вроде говорил, что петь умеешь. А я тут тебе и аккомпанемент принесла. — Она показала гитару. Знакомая гитарка-то, в музыкальном клубе у Мику стояла. Она про нее, починенную, наверное, и говорила днем.
— Насчет показать удаль молодецкую? Это запросто, это мы можем. — Я цепко ухватился за инструмент.
— Ты умеешь играть на гитаре? — Алиса недоверчиво хмыкнула.
— Ну… не как Бьорн Берге, конечно, но тоже кой-чему обучены.
Алиса явно не поняла, но кивнула.
Ну и ладно. А я тем временем по сторонам — зырк-зырк. Примостился на краю одной лавочки, приладил гитару, медиатором прошелся. Ничего, не расстроена, звучит. Задумался — с чего бы начать, так, чтобы и понравилось, и не стыдно?
Подумал, да и зарядил Земфиру «Прости меня моя любовь». Простая совсем, да и нравится она мне. Народу, кстати, тоже понравилась. Зашумели, загомонили, Славя даже захлопала. В собирающейся толпе мелькнула Ольга Дмитриевна, Ульянка пролезла в первые ряды.
Ну, и понеслась. Шевчуковская «Просвистела», бутусовское «Дыхание», танцеминусовская «Половинка» — во время последней я специально поглядывал на Алису, та краснела, но держалась. Ну, а потом, конечно, разухабился окончательно, и задул цоевскую «Звезду по имени Солнце» и «Последнего героя». К тому времени слушатели уже хлопали не стесняясь.
Встал, раскланялся.
— Спасибо за внимание, дорогие зрители…
— И слушатели! — встряла Ульянка.
— И слушатели, — согласился я. — Это была демонстрационная версия моего сольного концерта, релиз же состоится примерно… примерно…
— Послезавтра! — сообщила Ульяна.
— Как раз будет смотр самодеятельности, сцена, аппаратура и гитары!
Я посмотрел на Алису. Она улыбалась. Очень правильно улыбалась, открыто и вместе с тем беззащитно. Черт. Сань, чего ж ты с собой делаешь-то? И чего она с тобой делает?
Ладно.
Ребята стали расходиться. Я подошел к Алисе отдать гитару, но она отмахнулась.
— Рано еще. Идем лучше к сцене, сыграешь там.
— Так я же уже играл, — растерялся я.
— Только что.
Алиса фыркнула.
— Это ты им играл. А тут мне сыграешь. Понял?
Понял. То есть ничего не понял. Но пошел.
Мы миновали медпункт, оставили позади дом вожатой, повернули налево от библиотеки. Алиса шла чуть впереди, обхватив себя руками — вечерняя прохлада не казалась ей, видимо, приятной. Впрочем, рыжие хвостики подпрыгивали при ходьбе вполне жизнерадостно. А я тащил гитару на плече и воображал себя Арнольдом в фильме «Коммандо».
