А ощущение такое, что в комнате воняет – вот тем самым, которое во сне вокруг меня плавало.
Н-да...
Тру лицо ладонью, другой рукой беру телефон. Меня интересует время. Семь вечера. Отец как раз должен вернуться."
"Встаю, меня немного шатает. Но башка не болит. Натыкаюсь взглядом на стакан с водой у тумбочки, хватаю и пью. А выпив, понимаю – мало. Иду в ванную, наполняю стакан водой из-под крана и жадно глотаю холодную жидкость. Напившись, раздеваюсь и залезаю под душ.
Когда выхожу из ванной, слышу стук в дверь.
Сразу после него дверь приоткрывается, и в комнату аккуратно заглядывает Фаина:
– Матвей Георгиевич...
– Тут я, – отвечаю, появляясь в зоне ее видимости.
– Георгий Олегович ждет вас через полчаса в столовой на ужин.
О как, ждет, приглашает. Семейная идиллия прям!
– А ""матушка"" моя тоже будет?
– Марина Андреевна в театр уехала.
В театр, значит. Просвещается? Или тусовка подобралась? Да и театр бывает разным. Кукольным, например.
– Спасибо, – киваю я.
Тетя Фаина закрывает дверь, а я начинаю одеваться.
В столовую спускаюсь даже раньше, чем через отмеренные мне полчаса. Отец сидит за столом, а вокруг вовсю хлопочет тетя Фаина, накрывая на стол.
Увидев меня, отец улыбается. Жестом приглашает сесть рядом. Я сажусь, передо мной тут же ставится тарелка, наполненная едой. Рис с овощами и мясо под белым соусом.
Мы с отцом приступаем к еде. Молча. Я ем без охоты, хотя должен признать – вкусно. Что ни говори, а Фаина готовит прекрасно.
Минуты через две я не выдерживаю и спрашиваю:
– О чем ты так упорно хочешь со мной поговорить?
Отец дожевывает еду, откладывает вилку и отвечает:
– О работе, Матвей.
– И что с ней?
Отец хмурится, но отвечает спокойно:
– Ты обещал начать принимать участие в делах фирмы. Когда сможешь приступить?
– А когда надо?
– Чем раньше, тем лучше. Чтобы понять всю нашу кухню, не один день понадобится.
– Слушай, – я тоже откладываю вилку и откидываюсь на спинку стула. – Зачем тебе это?
– Это не мне, сынок, это тебе, – отвечает он с такой отеческой заботой, что я почти верю.
– Годы идут. Лучшие твои годы.
– Лучшие мои годы прошли, – сквозь зубы процеживаю я.
– Глупости! – отмахивается он. – Ну случилось так, спорт ушел из твоей жизни, открывай двери новому. И даже придумывать ничего не надо – я предлагаю тебе альтернативу. Бизнес. Проверенный, надежный. Семейный.
– Это твой бизнес.
– Но мне же нужно его кому-то передать. А кому, как ни сыну, Матвей?
– Ты никак помирать собрался? – фыркаю я.
