Потом, наконец, села ровно и попыталась найти взглядом спину скакавшего впереди короля. И почему у нее было такое чувство, что все начинается заново?
* * *Родхар не желал заходить внутрь. Он ждал снаружи. Смотрел, как девушка садилась в повозку, и ощущал ее холод и неприятие. И страх.
Страх на ее лице буквально добил его. Что угодно он готов был видеть, даже ненависть, только не страх! Как только повозка выехала из ворот, он тут же развернул коня и поскакал вперед.
глава 29
Выезжать пришлось, на вечер глядя. И будь Родхар один, он, может быть, погнал бы отряд в ночь до самого Даршантца.
Несмотря на то, что он уж вторые сутки был почти без сна, он словно одеревенел изнутри и не чувствовал усталости. Все вытеснила поселившаяся груди горечь.
Но он был не один.
И потому, когда выехали на главную дорогу, король отдал приказ остановиться на первом же постоялом дворе, лепившемся к тракту. Чтобы заночевать там. В конце концов, надо было дать отдых людям и лошадям. Если его самого сжигает какое-то идиотское пламя, это не значит, что надо загнать всех насмерть.
И с ними была женщина. Он остро ощущал ее присутствие. Но ни разу не оглянулся и не подошел к повозке, в которой ехала эта девица с серебристыми волосами.
* * *Неизвестность пугает, а беспомощность перед лицом обстоятельств страшит еще больше. Разумеется, Мара прекрасно знала, куда ее везут и что, в общем-то, ее ожидает. Но неизвестность и беспомощность. Они просто убивали.
А дорога была отвратительной.
Несколько раз им приходилось останавливаться.
Она сидела в повозке и ждала, пока люди короля убирали поваленные деревья, а один раз, чтобы повозка могла проехать, пришлось заполнять ветками колею."
"В одном месте, где убирали с пути толстый ствол, пришлось ждать довольно долго. К ней подошел королевский стражник и предложил пройтись, размять ноги. Но Мара не вышла. Странное чувство, ей почему-то казалось, что в этой повозке она в безопасности. Покинув ее, она могла случайно столкнуться с королем. Да даже просто видеть его для нее было лишнее.
Но, не видя его, она ощущала себя пришибленной, испуганной и слабой.
Странно смешалось все в душе.
На постоялом дворе, где они сделали остановку на ночь, было еще хуже. Мара видела мельком его высокую фигуру. На мгновение показалось, что он смотрит в ее сторону, однако король немедленно отвернулся и стал что-то указывать своим людям. А ее увели.
Маре выделили комнату, довольно просторную, наверное, это была лучшая комната здесь.
