— Позовите его, — разрешил Реннер, переглянувшись со следователем.
Через минуту в баре появился Дронго, вежливо поздоровался.
— Простите меня за мою настойчивость, — сказал он по-английски, — я не понимаю немецкого.
— Можете говорить по-английски, — сказал Виммер, — хотя моему коллеге комиссару Реннеру будет сложнее, чем мне. Кто вы такой? Почему вы решили, что можете нам помочь? И кем был убитый пассажир?
— Давайте по порядку, — предложил Дронго. — Я — эксперт по вопросам преступности. Меня обычно называют Дронго.
Вот мои документы. Я могу посмотреть ваши?
Виммер и Реннер переглянулись.
— Вы хотите, чтобы мы показали свои документы? — мрачно уточнил комиссар. — Вам не кажется, что вы ведете себя не совсем правильно.
— Поймите, герр комиссар, что у меня есть все основания для подобного предложения. Это был не совсем обычный пассажир. И когда я вам сообщу, кем именно он был, вы поймете мою озабоченность. Вы можете показать мне свои документы?
Офицер, стоявший за Дронго, изумился. Но комиссар был опытным человеком.
Он посмотрел на Дронго и, очевидно, поверил. Достал свои документы, протянул их эксперту.
— Вы все равно не можете читать по-немецки, — пробормотал он.
— Мне тоже показать вам свои документы? — спросил Виммер.
— Нет, можете не показывать. Но сначала нужно, чтобы вы мне поверили. Вы можете прямо отсюда позвонить в местное бюро Интерпола? Я имею в виду в Берлин.
— Вы отнимаете у нас время, — разозлился комиссар. — Если вам нечего сказать, можете возвращаться в свое купе.
"
"— Позвоните в Берлин, — настойчиво попросил Дронго, — и узнайте в вашем отделении Интерпола, можно ли мне доверять. Это займет не больше минуты. А потом мы начнем говорить.
Виммер достал телефон, посмотрел на комиссара. Тот отвернулся, словно предоставляя возможность старшему следователю самому решать этот сложный вопрос. Виммер попросил дать ему телефон отделения Интерпола в Берлине и позвонил туда.
— Здравствуйте, — сказал он, — это говорит старший следователь Виммер. У нас произошло преступление в поезде Москва — Берлин, и здесь появился человек, который утверждает, что в нашем отделении Интерпола могут его знать.
Его зовут… — он назвал имя и фамилию.
— Скажите Дронго, — попросил эксперт.
— Он называет себя непонятным именем Дронго, — повторил Виммер.
— Мы ничего не знаем о таком человеке, — ответил ему офицер, дежуривший в Интерполе. — Как, вы сказали, его называют?
— Дронго.
— Извините, но нам ничего о таком не известно.
