Он повернулся и, быстро достав свою карточку-ключ, вошел в свой номер, не забыв закрыть за собой дверь. Он боялся, что увидит нечто страшное. Ему не хотелось видеть эту картинку. Чувствуя как колотится его сердце, он вошел в комнату. На кровати лежало смятое одеяло, и здесь никого не было. Он даже наклонился, чтобы посмотреть. Женщины нигде не было. Но постель еще хранила тепло ее тела. Рядом не было ее платья, хотя колготки висели на спинке стула. И рядом лежала ее белая обувь. Неужели ее увели босиком?
Или она ушла сама, и все это лишь глупая инсценировка, чтобы разыграть его.
Ничего себе розыгрыш! В соседнем номере лежат двое убитых сотрудников полиции. Это уже совсем не розыгрыш. Пока бандиты убивали друг друга, немецкие полицейские искали их в силу своего служебного долга. Но с полицейскими бандиты явно перестарались. Теперь на них объявят настоящую охоту, и немецкая полиция не успокоится до тех пор, пока убийцы не будут схвачены. А если рассуждать здраво, то комиссар Реннер попросту отдаст категорический приказ не брать этих ублюдков живыми.
И тогда действительно начнется бойня.
Дронго наклонился еще ниже, поднял подушку, вдыхая аромат ее волос. Кажется, он сильно недооценил возможности своих соперников. И это уже не Хромой Джансунг, который просто сдавал своего шефа и его телохранителей. Это наверняка сам Морис Тугушев, который знает, кто работает на него в этом городе.
Дронго положил подушку на место. Подошел к дверям, закрыл их на цепочку. Затем вернулся в кресло, положив пистолет прямо перед собой.
Нужно было терпеливо ждать и никому не звонить, чтобы не спугнуть преступников. И все же он позвонил портье.
— Вы можете проверить, кто звонил в соседний номер? — спросил он, называя номер.
— Двадцать минут назад сам комиссар Реннер, после него старший следователь Виммер, и больше никто, — сразу ответил портье."
"Дронго хотел еще кое-что спросить, но понимал, что его телефон могут прослушивать. И не только сотрудники полиции. В этом случае вернуть Наталью было бы практически невозможно.
Поэтому он буквально заставил себя положить трубку и приготовился ждать. Ждать пришлось недолго. Уже минут через пять раздался телефонный звонок.
— Как мне к вам обращаться? — спросил незнакомец на хорошем русском языке, — по имени-отчеству или по фамилии?
— Меня обычно называют Дронго.
— Да, господин Дронго, я совсем забыл, что вы эксперт по вопросам преступности, — сказал не без издевки позвонивший.
