Сейчас она не может назвать ни номеров домов, ни квартир, но вспомнила, что одно послание бросила в ящик в подъезде дома где-то на Патриарших прудах, второе – на Старом Арбате, в переулке на задах МИДа, третье – в убогой пятиэтажке в Марьиной Роще.
Глава 23
Антонина почти залпом опустошила чашку и стала докладывать о том, что разузнала.
Не успела Юрская позвонить в дверь квартиры Ткач, как та распахнулась, и худенькая старушка сердито сказала:
– Опоздали на полчаса!
Тоня, которая безуспешно пыталась дозвониться по телефону до Ольги Олеговны, приехала к ней домой на свой страх и риск, поняла, что актриса ее с кем-то перепутала, но не успела даже слова произнести.
Хозяйка показала рукой на резиновый коврик, лежащий в прихожей.
– Становитесь сюда. Не на чистый паркет.
Тоня покорно выполнила приказ, Ткач захлопнула дверь, села на стул у вешалки и толкнула речь:
– Комната двенадцать метров. С мебелью. Телевизора нет. Есть Интернет, тысяча в месяц. Постельное белье, одеяло, подушки свои. Если хотите мои принадлежности, две тысячи в месяц за прокат.
Пить-есть в спальне нельзя, курить запрещено. Ванной пользоваться по расписанию. Убирать комнату будете сами, места общего пользования по очереди с остальными. Пьяной в дом не пущу, ночуй на лестнице. Мужиков приводить запрещено. Правила проживания, чтобы не забыла, вывешены здесь.
Ткач показала пальцем на входную дверь. Антонина увидела прилепленный на нее листок и спросила:
– Договор оформляем? Много жильцов в квартире?
– Трое с вами, – уточнила Ольга Олеговна, – и без всяких документов на съем.
Юрская вынула айфон, сделала фото двери, потом достала служебное удостоверение и объяснила хозяйке, что ей лучше честно и обстоятельно ответить на задаваемые вопросы, иначе Тоня сообщит в налоговую инспекцию о незаконной сдаче жилья.
– Налетела на бабку, – вздохнул Денис, – не от хорошей жизни она людей пускает, пенсия маленькая.
Антонина покраснела:
– За километр понятно, что с Ткач добром не договориться. Она занервничала, начала отвечать на мои вопросы, но приветливее не стала, беседовала по-прежнему у вешалки, правда, табуретку мне принесла.
Но Жданов опять сделал ей замечание:
– Ты сама виновата, агрессивно себя вела.
Я поставила перед Тоней еще одну чашку с латте.
– Денис, помолчи. Мы сейчас слушаем Юрскую.
Антонина сделала глоток кофе и продолжила.
Ольга Олеговна призналась, что наряжается кошкой Василисой. В бывшей актрисе кипит нерастраченный потенциал.
