Приметы Краузе прилагались.
Однако на площади Арбатов обнаружил людей, следящих за покупателями на рынке. Он знал, что это сотрудники контрразведки Смерш.
– Опишите место, где находится тайник.
– Маленький сквер примыкает с запада к площади. За кустами стоит единственный неповрежденный столб электропередачи. Трещина на уровне поднятой руки.
– Где инструкции, которые вы получали?
– Это были записки на немецком, корявыми буквами. Видимо, так было нужно. Согласно инструкциям, все эти бумажки я уничтожал.
– В последнее время вы испытывали беспокойство, догадывались, что вас ищут.
Попытка найти выброшенную записку на Потсдамерплац, конечно, глупа. Она говорит о том, что вы начали терять самообладание.
– Поймите, я не желал в это ввязываться. Бес попутал, словно наваждение какое-то. Да плевать я хотел на западный образ жизни, на их благосостояние. Просто испугался. Поначалу хотел во всем признаться, предложить меня использовать как двойного агента, но, знаете, не решился.
– Чушь несете, Арбатов, – сказал Влад и поморщился.
– Вы польстились на заманчивые посулы лисы Алисы и кота Базилио. Что они вам наобещали? Много денег в иностранной валюте, уютный домик с видом на Темзу? Без всяких сложностей переправить вас в Англию? Вы не нам, а хотя бы самому себе признайтесь. Ладно, не будем об этом. Сколько раз вы передавали сведения?
– Тайник я использовал четыре раза. В квартире на Беренштрассе никогда не был, с Потсдамской площадью тоже не сложилось.
– Надеюсь, вы понимаете, какой серьезный вред нанесли стране.
Зачем британцам эти сведения?
– Я не имею понятия, товарищ майор. Они об этом не говорили. Мне кажется, это обычная разведывательная деятельность.
– Знать всю схему расположения советских войск? Хорошо, я допускаю, что англичане перед вами не отчитывались. А теперь подумайте, Александр Романович, все ли вы нам рассказали. Признание вины подразумевает полную искренность и открытость. Какие еще имелись способы связи с вашими работодателями? – Градов впился в предателя пронзительным взглядом.
Тот поежился, опустил глаза и проговорил:"
"– Не собираюсь ничего утаивать, товарищ майор. Мне сказали, что если по той или иной причине потребуется личный контакт, то место встречи – питейное заведение на Штокерштрассе. Это в центральной части Тиргартена. Оно называется «Золотой гусь». Посетителей кормят, поят пивом и другими напитками. Советским военнослужащим посещать его не запрещается. Хозяйка – вдова немецкого антифашиста.
