Советская контрразведка вышла на объект, расположенный в лесу, заинтересовалась Дженни Майерс и Бенджамином Уилсоном.
Руководство ООП получило приказ устранить сотрудников, не справившихся с делом и ставших опасными. Желательно руками немцев. Ликвидация агента Майерс прошла криво.
Объект вблизи Потсдама британцы успели эвакуировать, но группа ликвидаторов была уничтожена сотрудниками контрразведки Смерш.
Устранение Уилсона провалилось. Исполнители получили ранения и увечья.
Еще через час погибла вся группа, работающая на ООП.
– Кого завербовал ваш отдел в штабе Семьдесят первого стрелкового корпуса? – в лоб спросил Влад. – Только не говорите, что это Арбатов. Его склонили к сотрудничеству другие люди.
– Этого человека завербовал не я, – сказал Каттлер. – Британцы начали работать с ним еще в первых числах апреля. Я несколько раз связывался с этим агентом, анализировал данные, полученные от него. Он вел наблюдение за Арбатовым, в случае провала должен был его подменить.
– Фамилия, герр Каттлер?
Немец назвал фамилию, и Градов поморщился.
– Да ну, – буркнул Нагорный. – Кто же в это поверит?
Каттлер продолжал говорить, называл частоты эфира, позывные, пароли и явки, должности и фамилии сотрудников УСО, известных ему. Недоумение проходило, офицеры запоминали все сказанное им. Через пять минут герр Каттлер выдохся, замолчал.
Эта информация имела большую ценность. Он не врал, был опустошен и подавлен. Понятие служебного долга перестало для него существовать.
– Спасибо, герр Каттлер, вы можете идти, – сказал Влад и перехватил изумленный взгляд Нагорного.
Мол, ты ополоумел, командир? Это же его компашка убила Егора Грамаря!
– Вы меня отпускаете? – спросил немец.
Не сказать что он обрадовался, но что-то живое зажглось в его глазах.
– Да, идите.
– Вы не будете стрелять мне в спину?
– Мы постараемся. Валите к чертовой матери, герр Каттлер, спасайте свою задницу, семью или что там еще. – Градов скрипнул зубами. – Или застрелитесь, нам безразлично. К своим новым хозяевам возвращаться не рекомендую.
Вы провалили все, что могли. Не рассчитывайте, что вас поймут и простят. Уходите, пока я не понял, что совершаю ошибку. Веревки на руках перетрете сами."
"Немец семенил прочь, через шаг озирался, облизывал губы. Идти со связанными за спиной руками было неудобно, но он старался и пропал за деревьями.
– Командир, ты не прав, – пробормотал Нагорный. – Зачем ты его отпустил? Это сволочь! Он убивал наших людей.
– Никого он не убивал, – возразил Градов.
