– Предлагаешь начинать все сначала? Ты представляешь, какой пойдет резонанс, если все это всплывет? Где мы в таком случае окажемся?
– Вопрос о том, где мы окажемся, вариантов не допускает, – сказал Влад. – Начинать работу по отлову второго лазутчика глупо и бесперспективно. С Арбатовым нам повезло, с другим будет сложнее. Нет времени проводить эту работу. Главная задача – пресечь замыслы неприятеля в отношении наших войск. Если мы, конечно, правильно понимаем эти его соображения. Лазутчик – дело второй очереди.
Вы сказали, что все ниточки оборваны. Я с этим не согласен. Есть еще некий Бенджамин Уилсон, непосредственный начальник Дженни Майерс. Они вместе работали. Подозреваю, что именно Уилсон может что-то знать. Я его видел. Человек непростой. Ясно, что неболтливый.
– Его и Дженни могли использовать втемную, – предположил Троицкий.
– Могли, – сказал Влад. – И все же я уверен в том, что Уилсон располагает хотя бы минимальными сведениями. Невозможно выполнять такую работу, не понимая, что ты делаешь.
Они завербовали Арбатова, Краузе, возможно, кого-то еще. Их деятельность не предполагает большого риска. Ведь они находятся в своих зонах, к нам не выезжают. Попытка не пытка, товарищ полковник. Англичане такой дерзости от нас не ждут. Нужно выяснить, где находится Уилсон, и обстоятельно с ним поговорить. Насчет международного скандала беспокоиться не следует. Разработаем план. Нужны координаты Уилсона, ведь он где-то ночует. Сами с этой задачей мы не справимся, даже если будем сутками бродить по их зоне.
Считаю, что пора подключать разведчиков. Они сообщили немало ценного, пусть поработают еще. Мы можем подождать, но недолго, день-два.
– Хорошо, ждите, – обдумав слова майора, бросил Троицкий. – Я подумаю, что можно сделать.
В кабинете оперативного отдела царило тягостное молчание. Людей становилось меньше.
– Зато печенья больше, – пробормотал Грамарь, деля оставшиеся запасы на три равные кучки.
За горячим чаем офицеры бегали на улицу – там выстраивалась очередь к печке.
Но сотрудников Смерш, вечно занятых и раздраженных, все пропускали без очереди.
– Жалко, что с Олежкой такое случилось, – сказал Нагорный, отпив чая из алюминиевой кружки. – Но ладно, хоть не убили, оклемается, встанет.
– Вы кого-то подозреваете, товарищ майор? – осторожно осведомился Грамарь. – Вам это не напоминает сказку про белого бычка? Обезвреживаем одного, появляется другой. При этом нет никаких улик. Британским шпионом может оказаться кто угодно.
