Но мои слова резко что-то меняют. И меняют совсем не в хорошую сторону: её улыбка постепенно становится вялой, между бровями появляется хмурая складка, а глаза загораются недоумением и страхом, пока её губы активно шевелятся. Она что-то говорит. Или спрашивает. Мать твою, что она спрашивает?
На короткое мгновенье я прикрываю глаза и сильно концентрируюсь, желая наконец вернуть себе слух и способность двигаться.
– Адам… повтори, что… – её настороженный голос с трудом прорывается сквозь крайне громкое урчание моего зверя, но тем не менее мне удаётся что-то расслышать.
– Повтори, что ты только что сказал мне?
А что я сказал? Я не знаю. Ни единой мысли нет в голове. Но почему-то мой рот начинает двигаться без моего ведома и произносит в хлам пьяным лепетом:"
"– Моя невезучесть определённо переплюнула твою, дикарка… Стопроцентно переплюнула… – Что? О чём я вообще говорю? – Ведь какова была вероятность… что единственная девушка, которая… способна отражать мою способность… – Стоп! Адам! Заткнись! Ты не должен говорить ей об этом! – единственная, кто может позволить мне ощутить весь кайф своей силы… окажется такой… упрямой и проблематичной? – Ну молодец, кусок идиота! Теперь она знает о своём влиянии над тобой! – Я же везунчик, каких ещё поискать, Лина, тебе так не кажется? – спрашиваю я и продолжаю смеяться, как последний придурок, без единой возможности остановится, даже несмотря на то, что с лица дикарки в одно мгновенье сходит всё веселье и свет.
– Так значит в этом и заключается вся моя особенность? – сдавленно произносит она, глядя на меня глазами, неумолимо наполняющимися влажным сиянием.
Не понял. Она что ли сейчас плакать собирается? От счастья? От шока? От чего, бля*ь?! Чёрт! Когда меня уже полностью отпустит, и мозги заработают?
– Не будем сейчас тратить время на разговоры, мне нужно войти в тебя, пока твоё состояние после оргазма до конца не утратило своё действие, – вот, вроде заработали – тут я в самом деле вещи говорю.
Нужно трахнуть её как можно скорее, и мой член, нисколько не опустившийся после крышесносного финиша, полностью со мной солидарен.
– Стой! – у неё же, по всей видимости, вновь другие планы: Лина шустро приставляет ногу к моей груди, когда я накрываю её бёдра ладонями в стремлении притянуть к себе ближе.
