Я хочу… С тобой… Вместе… – её злостное рычание плавно угасает, превращаясь в пронзительные стоны от скорого приближения оргазма, от беспредельной силы которого я ей даже не отвечаю. Просто не могу. Язык полностью отказывается меня слушаться. Я пиз*ец как остро чувствую момент её освобождения. Не только непрерывно проникающим в неё пальцем, что с каждым толчком лишь плотнее сдавливаются горячими тисками, но и всем своим сверхъестественным началом. Этот оргазм будет мощнее, разрушительнее, фееричнее, чем был в машине.
Он не оставит после себя ничего, сотрёт всё подчистую – и жар, и сладострастную агонию, и способность чувствовать что-то, кроме всеобщей эйфории. И именно это мне и нужно – чтобы она ничего не чувствовала.
Ещё несколько быстрых глубоких толчков – и её бархатистые стенки начинают ритмично сжимать мой палец, сигнализируя о том, что она дошла до своей грани, а я, прекращая дышать, заворожённо любуюсь, как изящно изгибается её спина, тело усыпается россыпью мурашек, а губы раскрываются в беззвучном крике, пока Лина конвульсивно содрогается в оргазме, затягивая меня в глубину своего морского взгляда.
Вот сейчас! Я должен сделать это сейчас!
Но чёрт!.. Что такое?"
"Почему я этого не делаю? Почему я не могу подвигаться?
Стоп!
Что-то не так! Совсем-совсем не так.
Почему я вообще не слышу её крика?
Почему перед глазами всё светлеет?
Почему всё тело обретает лёгкость, и я перестаю ощущать жалящий кожу огонь? Зверскую похоть? Страх перед её болью?
Что за хрень со мной происходит?
В полном недоумении, будучи словно под наркотическим трансом, я опускаю взгляд вниз и внезапно понимаю, что Лина так и не выпустила меня из прочных уз своей ладони.
И всё! Это последние, что мне удаётся увидеть перед тем, как мой дух начисто выбивает из собственного тела каким-то мощным, неземным, прошивающим всё естество живительной энергией взрывом.
А дальше невыразимая нега заполняют всю мою сущность – и я улетаю. Куда? Не знаю. В астрал? На небо? Или же, с лёгкостью пробив собой стратосферу, прямиком в бескрайний космос? Не важно.
Сейчас ничего не имеет значения. Главное – я парю. Освобождаюсь. Расщепляюсь на песчинки. Становлюсь невесомым, как воздух. Может, даже умираю. Меня будто нет, и в то же время я нахожусь повсюду. Не вижу, не слышу, ничего не понимаю. Только впитываю в себя пары небывалого кайфа, который дарует мне безграничное чувство свободы, охватывающее каждую жилку в моём теле.
