Высосать из меня всё до последней капли! Так давай, я даю тебе сейчас возможность заработать себе спасительный оргазм. Начинай, – наматываю светлые пряди на кулак, поддаваясь навстречу её рту, о котором мой член мечтает, как о манне небесной, но дикарка упирается ладонями в мои бёдра, используя свои последние силы на очередное дебильное сопротивление.
– Я хочу… я правда хочу всё это, но только не в первый раз… не так… Не будь со мной таким в мой первый раз, – её изнурённый, едва слышный лепет, полный неубедительной лжи, взметает шкалу неимоверной злости до максимальной высоты.
– Слушай, ты совсем дура? Уже не знаешь, что выдумать, чтобы добиться желаемого по-своему? Не будет этого. Бери в рот и соси, Лина, либо я сам тебе сейчас затолкаю, – яростно цежу сквозь зубы, натягивая светлые волосы до её болезненно-сладкого вскрика.
– Нет! Прошу тебя, нет! Я ничего не выдумываю. Клянусь, я никогда этого раньше не делала, – врёт, не краснея, текущая передо мной лживая сучка, непонятно чего этим добиваясь.
"
"– Чего ты не делала? Минетов? Ты меня совсем за идиота принимаешь? Стриптизёрша, что не пьёт, не курит, с клиентами не спит и теперь ещё, оказывается, никогда в своей жизни минетов не делала? В это я должен поверить? – спрашиваю я с ядовитым ехидством, небрежно сжимая её скулы, заставляя её рот открыться шире.
– Адам, пожалуйста, остановись и послушай меня, – хрипло просит она, резко обхватывая руками мой член, чтобы избежать решительного вторжения.
И это простое прикосновение вновь действует на меня подобно разряду тока, вынуждая меня сдавленно зарычать и отдаться в плен своей похоти, что дарует Лине несколько секунд на то, чтобы нервно сглотнуть, прикрыть глаза и, продолжая дрожать, на выдохе выдать: – Я никогда никому не делала минетов и вообще ни с кем не спала. Я девственница, Адам, – её осипшие слова с превеликим трудом достигают моего слуха.
С мгновенье я даже застываю, пытаясь убедить себя, что всё правильно расслышал. И, когда её признание наконец доходит до центра моего пропитанного похотью мозга, я неконтролируемо срываюсь на смех. Громкий, нервный, сатанинский, отдающийся во всём моём естестве неистовым гневом.
Я схватываю лгунью за плечи и мощным рывком поднимаю с колен, желая вблизи посмотреть в её глаза бессовестные.
