- Я признаю, что совершил серьезный проступок, но я не в силах исправить содеянного! Прости меня, и давай забудем об этом, как о страшном сне, Нифа!
Он еще имел наглость злиться на меня! До чего же бессовестный!
- Проступок? Да ты убил бы меня за один поцелуй, прикосновение от другого мужчины. А свою измену называешь «проступком»? - Бросила я ему прямо в лицо, наслаждаясь тем, как потемнели его глаза от одной только мысли, что я могу быть с другим. - Больно? Тебе неприятно даже думать о том, что я могу быть с кем-то, кроме тебя! - Прокричала, с силой ударяя раскрытыми ладонями по его груди.
- А теперь подумай о том, что было бы, случись это на самом деле? Если бы кто-то другой ласкал, целовал меня, занимался со мной сексом и заделал бы мне ребенка?"
"- Замолчи! - Он схватил меня за руки и заломил их у меня за спиной. - Ты - только моя! Слышишь? Только моя! Всегда была и будешь!
- Вот только ты больше не мой, Ихсан, - потеряв весь свой запал, сказала я с вернувшейся болью в голосе. - И уже никогда не будешь моим.
Он отпустил меня также внезапно, как и схватил, делая шаг назад и посмотрев так, словно не он, а я вонзила нож в его сердце.
Затаенная боль, плескавшаяся в его глазах, заставила бы прежнюю Нифу простить что угодно, но прежней Нифы больше не было. Он уничтожил ее своим предательством, а нынешняя Нифа получала отдушину, чувствуя его боль и наслаждаясь ею.
ГЛАВА 7
- Мам, вот зачем тебе это, а? Да еще и в какой-то левой фирме! - Высказала свое недовольство дочь, стоило мне за ужином завести разговор о том, что я решила устроиться помощником дизайнера в фирме, куда меня приняли по рекомендации приятельницы.
- У тебя же все есть, зачем нужно тратить свой день в душном офисе? Моя воля, я бы целый день валялась дома.
- По-твоему, я валяюсь? - С ноткой обиды спросила я, пытаясь не обращать внимания на прожигающие взгляды мужа.
Я нарочно завела разговор о своей работе при дочери, чтобы Ихсан не смог мне отказать. И, судя по его виду, не прогадала. Неизвестно, что бы он со мной сделал, посмей я сказать ему о таком наедине.
- Не цепляйся к словам, мам, ты же понимаешь, о чем я. Кто устраивается на работу после сорока, тем более, когда в этом нет нужды? Ладно, эти твои курсы. Но работа - это же серьезно, тебя весь день не будет дома, - словно о какой-то трагедии вещала Диляря.
- И что? Ты сама-то приходишь почти одновременно с отцом в последнее время, - отметила я, не понимая такого негатива на мое желание трудоустроится.
