– У них был роман… – выдавливаю из себя, а горло будто ножом режут, и горечь во рту мешает. – И беременна она от…
Не могу произнести вслух, хотя говори или не говори – ничего не изменится. Реальность такова, что другая женщина беременна от моего мужа.
– Так, едем ко мне, – решает Юлька, помогая мне подняться. – Как знала, на такси приехала.
Пошарив в моей сумке, подруга находит ключи от машины и, сев на водительское место, снова смотрит на зазвонивший телефон. Даже не спрашивает, собираюсь ли я отвечать – просто сбрасывает и, зажав боковую кнопку, выключает аппарат.
– Я останусь у тебя, – говорю из последних сил и закрываю глаза.
– Оставайся, конечно, – вздыхает Юлька. – Только он знает, где тебя искать.
Глава 31
– Лерка, – аккуратно тронув меня за плечо, тихо говорит Юлька, – мы приехали.
Открываю глаза и смотрю перед собой. Надо собрать себя заново из кусочков, на которые я рассыпалась после слов Оксаны. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, открываю дверь машины и выхожу на раскалённый воздух.
Голова снова начинает кружиться, и я, сделав пару шагов, упираюсь руками в капот.
Боже, как хочется смыть с себя всю ту грязь, в которую меня окунули. Как хочется вымыть мысли, которые просто разрывают мою голову.
– Лер, может, лучше в больницу? – Юлька с беспокойством меня осматривает. – Выглядишь не очень. Даже позеленела вся.
– Только если к психиатру, – вырывается у меня нервный смешок.
– Давай, Лерик, – подхватывает меня подруга под локоть. – Немного осталось.
На диванчик пойдем.
Она возится со мной как с маленьким ребенком, и мне становится не по себе, что я такая размазня. В конце концов, не я первая, не я последняя. Многие переживают подобное, хотя наверняка тоже думали, что их это не коснется. Вот и я так думала.
Сейчас я опустошена и морально раздавлена. Всё-таки прорвало мою плотину, и то, что я упорно сдерживала, прорвалось. Как тонны воды, эмоции обрушились на меня, и пока я не могу выплыть, не могу сделать полноценный вдох.
– Спасибо, Юль, – сжимаю я ее руку в знак благодарности.
– Для этого и существуют друзья, – тут же отзывается. – Но ты ведь понимаешь, что рано или поздно тебе придется поговорить с Тимуром?
– Придется, – повторяю эхом.
Хотелось бы зарыть голову в песок и ни о чем не думать, но это не поможет. Это не спасет меня от моих же мыслей. А разговор с Тимуром… Да, естественно, придется. Но не сейчас.
Не представляю, что можно сказать человеку, который лгал мне.
