Если ни разу не читала криминальные истории, отчего так уверена, что они низкопробные?
– Дочь Тамары Павловны очень хочет узнать, кто убил ее мужа, милиции она не доверяет, вот и наняла меня…
– Какие глупости, – буркнула Роза Михайловна, но глаза ее лихорадочно забегали из стороны в сторону, – при чем тут Вадим, который, кстати, погиб в результате несчастного случая? Зачем вы пришли ко мне, а?
– Ваша внучка покончила с собой из-за зятя Тамары Павловны!
– Ерунда, – вскипела гардеробщица, – у нас в семье и впрямь недавно случилось несчастье.
Сонечка, талантливая, умная, красивая девушка, умерла. Это трагедия, ей было всего двадцать. Потом нам сказали, что у моей бедной внучки был порок сердца, такой компенсированный. Она никогда не жаловалась на здоровье, последний год только говорила, что у нее иногда кружится голова, а потом раз – и не проснулась. Не дай бог вам пережить подобное. Сонечку отпевали в церкви, ни о каком самоубийстве и речи не шло! При чем тут Вадим? Оставьте меня!
В ее глазах стали медленно собираться слезы.
Мне было безумно жать старуху, но альтернативы-то нет.
– Вполне вероятно, что в свидетельстве о смерти и указано «сердечная недостаточность», но вся консерватория судачит о самоубийстве, – тихо сказала я, – наверное, вам лучше рассказать мне, как обстояло дело…
Внезапно Роза Михайловна села на стул и устало сложила руки на коленях.
– Да, делать нечего. Наверное, с Галиной Феоктистовной пообщались?
– Вы же сами подсылали ее к Тамаре Павловне, чтобы узнать, как живут Карина с Вадимом? – вопросом на вопрос ответила я.
Гардеробщица встала, секунду смотрела на меня, потом, очевидно, приняла решение, потому что внезапно сказала:
– Ну и где это кафе?
Через минут десять, устроившись в самом темном углу, Роза Михайловна со вздохом произнесла:
– Последний раз я была в ресторане, когда Сонечка родилась, зять тогда на радостях всю родню повел. Вот как случается, ликовал прямо, прыгал от счастья, а через год бросил Анюту с ребенком и ни копейки никогда не заплатил алиментов на девочку.
Я ее сама поднимала, у Анюты зарплата – чистые слезы. Да еще она у меня, дочка, глупая и невезучая. Сонечке годик исполнился, когда Анюта опять влюбилась, и снова как в последний раз. С Альбертом так было, отцом Сони, потом с Федором…
Короче говоря, незнакомая мне Анюта оказалась мастером спорта по наступанию на грабли. Федор, так же как и Альберт, безумно радовался, когда увидел своего ребенка, мальчика, Степочку.
