— Кто же, — продолжал размышлять Чингизов, — дал знать о том, что Худаяром интересуются? Сторожиха.
— Нет, не думаю, — возразил Акопян. — Я наблюдал за ней целых два часа, пока дожидался возвращения с моря начальника водной станции Рашида Садыхова.
— Может быть, сам Рашид Садыхов? — спросил Чингизов.
— Сомневаюсь, — сказал Акопян. — Он был мною официально предупрежден о том, что я произвожу розыск Худаяра негласно.
— Я знаю немного Рашида Садыхова, — заметил Денисов. — Это неплохой парень, коммунист.
Он был демобилизован из морской пограничной охраны, где командовал катером. Да и отец его заслуженный моряк, плавал всю войну штурманом на танкере «Чкалов».
— Значит, там был кто-то третий, — задумчиво проговорил Чингизов. — Но кто? Гадай — не гадай, а сидя здесь, в кабинете, ничего не разгадаешь. Давайте-ка, товарищи, так попробуем: вызовем сюда Садыхова. Позвони к нему, Александр. Если его нет, скажи, что спрашивали из Комитета физкультуры и спорта, а окажется на месте, пригласи к нам немедленно и предупреди как коммуниста, что приглашение это совершенно, секретное.
Денисов позвонил. У телефона оказался сам Садыхов. Через несколько минут он уже сидел в кабинете Чингизова.
— Вот что, товарищ Садыхов, мы с вами хотим побеседовать о вашем погибшем вахтере Худаяре Балакиши оглы, — сказал ему Чингизов. — Мы им заинтересовались в связи с тем, что он, как нами установлено, в прошлом крупный уголовник и был связан с людьми, переправлявшими за кордон контрабанду.
Поэтому нам хотелось бы узнать, как и какими путями он попал к вам на работу.
— Мне его рекомендовала одна наша активистка, — сказал Садыхов. — У меня как раз была вакантная должность вахтера, и я его принял. Кстати, должен вам сказать, что Худаяр не скрывал того, что в прошлом совершил уголовное преступление и отбыл срок наказания. Он мне предъявил соответствующую справку. Ну, что еще я знаю о нем? Знаю, что жил он в Гюмюштепе, в собственном маленьком домике, который, как он говорил, достался ему от дяди, одинокого, бездетного старика.
Правда, в последнее время кое-кто из наших работников, в частности вахтер тетя Маша, поговаривал о том, что Худаяр курит анашу. Я думал даже снять его с работы. Но товарищи из уголовного розыска специально предупредили меня, чтобы я его пока не трогал, — они хотели через него установить крупных спекулянтов анашой и узнать, какими путями она доставляется в Советабад.
— Понятно, — заметил Чингизов.
