— Ладно уж, раз ты у нас теперь взрослая замужняя леди, так и быть, — усмехнулся мой единственный родственник и, со вздохом поднявшись, ушел за вторым бокалом. А я осталась одна в саду на крыше гостевого комплекса, в покоях которого еще остались гости, не успевшие разъехаться после свадьбы. Но таковых было немного. Принц же… мой удивительный прекрасный принц Янар, оставшийся в памяти приятным видением, покинул крыло света еще днем, успев на прощание поцеловать мне руку и пожелать счастливой семейной жизни.
И я, если честно, была этому даже рада. Потому что Варгу королевский наследник не нравился, а мне не хотелось лишний раз раздражать мужа, с которым едва наметился прорыв в отношениях. — Итак? — спросил Кайлин, вернувшись с чистым бокалом, более изящным, нежели его собственный, и чашей, полный свежих фруктов. — Рассказывай, что там у вас опять стряслось, сестричка.
— А то ты не знаешь! — насмешливо фыркнула я, утащив сочный плод, пока брат разливал нам вино. — Магическую дуэль на арене нам запретили.
Уверена, что и ты к этому лапку приложил.
— Обещание разорвать все дипломатические отношения в случае, если тебя покалечит какая‑то светлая выскочка, считается? — ничуть не смущаясь, улыбнулся милорд Дигрэ.
Милорд… Непривычно как‑то, ведь таковым он стал лишь этой весной, получив вместе с даром и абсолютно белые волосы, мерцающие, словно снежное плато в свете звезд. У всех высших магов Поднебесья были такие. А у нас, не успевших еще полностью развить свои способности-лишь отдельные пряди серебрились среди обычного цвета шевелюры.
В должность эррисара, на которую миледи-регент прочила Кайла уже давно, он вступил после испытаний в ледяных чертогах, где впитал в себя золотой свет эскалибриума, удвоивший его силу. Такие соревнования проводились во всех крыльях раз в три года, и после каждого один из лордов Триалина обретал новый статус. Обычно милордами становились самые достойные чародеи. И что‑то у меня никак не получалось представить в этом ключе рыжую «змеюку».
— Я тебя понимаю, — сказала, сделав пару глотков умопомрачительного напитка, напоминавшего клубничный компот с примесью цитрусовых ноток. — Политика и все такое… Спасибо, что разрешили нам хотя бы гонку, — мои губы тронула кривая улыбка. Пусть мотивы мужчин, воспротивившихся нашему с Уной поединку, мне были предельно ясны, врезать на законных основаниях языкастой стерве все равно хотелось. Ну, или хотя бы утереть ей нос, обойдя на скайтовире.
