Наряд, приготовленный для вечера, оказался кстати и, благодаря помощи Яры, я оделась за считанные минуты. А вот от затеи со сложной прической пришлось отказаться, так как это заняло бы много времени, да и не для поездки она задумывалась, а для встречи Регины в стенах нашего дома. Поэтому, решив не мудрить с волосами, я их распустила. Длинные густые, черные с тонкими лентами серебристых прядей на висках… они блестящим покрывалом опустились на спину, украшенную слабой шнуровкой вдоль позвоночника, и легли на обнаженные плечи, едва прикрытые тонкими белыми лямками летнего сарафана.
В комплект к нему шли полупрозрачные шаровары того же цвета и тончайшая накидка с широкими рукавами, которая при движении развевалась за спиной.
На ноги я обула удобные босоножки без каблука, а на лицо нанесла капельку белого блеска, чуть приглушившего цвет ярких от природы губ. Ресницы у меня были длинные и черные, красить их, как это делала Клотильда, надобности не возникало. На скулах играл естественный румянец, а пальцы слегка подрагивали из‑за взбудораженного состояния, в котором я пребывала.
Про визит Регины практически не вспоминала, предвкушая обещанное Варгом путешествие. Хотя нет-нет да и закрадывалась неприятная мыслишка о том, что раз эта идеальная блондинка теперь будет жить в Рассветном, она наверняка захочет наладить отношения не только с родней, но и с эррисаром. И вполне вероятно, что все это ей надо лишь для комфортного пребывания в некогда родном крыле на период обучения дочери, а вовсе не из‑за теплящегося огонька былой любви, но мне все равно не нравилась перспектива наличия рядом еще одной бывшей.
Вроде муж мне, спасибо Сияющему, достался нормальный, а не бабник, как Кайл, не пропускающий мимо ни одной юбки, но как‑то так получалось, что чем меньше было женщин, имевших вес в прошлой жизни Лиама, тем серьезней они воспринимались мной сейчас и больше бесили. Причем все, начиная от Уны, которую Варг отшил, не дав ни малейшего шанса на взаимность, и заканчивая вдовой, из‑за благополучия ребенка явившейся на поклон к тому, кто был вправе спустить предательницу с лестницы за причиненную в прошлом боль.
Хотя не знаю, что бы я после такого поступка подумала о своем супруге. Наверное, вернулась бы к версии, что он жуткий тиран и деспот, а не мужчина, умудрившийся за несколько дней растопить мое сердце. Ведь, чего уж скрывать, на пустом месте ревность не плодится. Я не маленькая девочка, чтобы верить в непогрешимость семейных уз в договорных браках.
