Для него, как и для меня, отношения впервые. И если у меня вообще первый опыт, то Влад раньше видел всё это в ином формате. Но он старается, это видно. Но над чем он уж совсем не старается, так это унять своё либидо. Я и представить не могла, что сексом можно заниматься так часто, разнообразно и в таким местах, что даже представить сложно.
Он часто забирает меня после пар, я присутствую на всех их репетициях, концертах и встречах. Очень сложно было убедить Миксаева, что оставаться каждую ночь в его квартире я не могу.
С родителями и так у меня теперь крайне напряжённые отношения. Владу же совершенно непонятно, почему я не могу забрать Зефира, вещи и переехать к нему вот прямо сейчас. Это слишком серьёзный шаг, так это не делается, ведь мы только пытаемся строить отношения. Да уж если на то пошло, я пока только на первом курсе, у меня нет работы, а стипендия – сущий мизер. Да и с родителями нужно налаживать отношения, не дело это – в таком напряжении сосуществовать. И стоило поделиться этими мыслями с Владом, он тут же принялся решать проблему.
То есть попросту заявился вечером к нам домой с огромным тортом. Даже джинсы надел без дыр на коленях и футболку без фака на груди. Однако мама с папой такого жеста не оценили. За столом едва выдавливали из себя по паре слов. Мне было невероятно стыдно за свою семью перед Миксаевым, и от него самого можно было ожидать чего-то такого, что вряд ли поспособствует налаживанию отношений. Я словно на пороховой бочке сидела.
Так примерно и получилось. Он встал из-за стола, поблагодарил за чай, а потом предложил подняться ко мне и помочь с подготовкой к контрольной по математике. Что вроде как я жаловалась на трудности.
И когда мы поднялись в комнату, в этот раз через дверь, я сунула ему под нос свою пробную контрольную, которую Миксаев почеркал за три минуты, а потом защёлкнул замок и сделал со мной именно то, зачем на самом деле поднимался.
Он вообще сказал, что моё тело для него стало фетишем.
Это и приятно, конечно, и в то же время смущает. Мне совершенно не нравится есть обнажённой, как он того требует, когда я нахожусь у него, иногда хочется принимать душ в одиночестве.
«Это теперь моё, Принцесса»
Он рассматривает и трогает меня в таких позах и ракурсах, что я даже сама с собой бы перед зеркалом постеснялась.
Так, кстати говоря, он нащупал у меня в правой груди уплотнение. Сразу же поднял панику и отволок через два часа в частную клинику.
