Облегчения?
– Я уже давно прыгнула с этого обрыва за тобой. Провалилась под лёд. Мне всё равно не выплыть, Миксаев, так что тащи уже на глубину.
– Я же больше не отпущу, ты это понимаешь?
Он делает стремительный шаг назад, потянув и меня, а потом дёргает, давая импульс запрыгнуть на него как тогда в студии. Внутри меня разворачивается нечто огромное и ослепляющее, когда Влад усаживает меня на мотоцикл и устраивается между коленей, когда целует, но не напористо и резко, как всегда, а как-то даже нежно, аккуратно.
Это нечто разрастается, но боли не приносит, а наполняет меня непередаваемыми эмоциями. Я знаю, что просто не будет. Знаю, что он сейчас не шутил. Но также понимаю, какой колоссальный шаг сделал сейчас Влад в отношении самого себя. Акт доверия, признания собственных чувств.
Он отрывается от моих губ, проводит по ним большим пальцем и улыбается. Улыбается! Мне. Так искренне и открыто.
– Ну что, Принцесса, поехали? Ты готова?
– Куда?
– Как куда – трахаться. Потому что я пиздец как хочу тебя.
Глава 56.
Наверное, я поступаю плохо, веду себя некрасиво по отношению к родителям. Они ведь волнуются, любят меня, но им пора понять, что принимать решения я уже должна сама. Писать сообщение я не стала, если решат зайти в мою комнату и увидят, что меня в ней нет, то догадаются набрать. Тогда и отвечу, где я и с кем. Хотя, думаю, они и так поймут.
Потому что, судя по настроению Влада, домой вернуться мне сегодня уже не светит.
Мне кажется, он просто огнём пышет – настолько возбуждён.
Впору бы бояться, но мне не страшно. Это чувство трансформировалось в другой коктейль – предвкушение, возбуждение, смешанные с чувством опасности. Адреналиновый коктейль под названием «Влад Миксаев», вызывающий жуткое похмелье и привыкание. Мой огнедышащий дракон. Кому-то нужны принцы, а мне достался дракон. Но кому нужны эти скучные принцы?
После этого разговора у обрыва Влад будто немного расслабился. Взгляд стал более открытым, ухмылка похожа на улыбку. И он стал говорить.
На данный момент ещё не так много, но готовность стала ощущаться. Да, думаю позже мы обязательно поговорим, ну а сейчас… за нас говорят наши губы, руки, прикосновения и вздохи. Миксаев может быть очень нежным, касаться так, что я таю. Целовать так, что нежнее и мягче ничего и не представить. Но он всегда остаётся собой.
– Иди сюда, – Влад натягивает презерватив и подвигается к спинке кровати, подложив себе под спину подушку.
– Сверху? – я округляю глаза.
