Нарушение социальных связей, концентрация на ритуальных действиях, акцентуация на определённой сфере.
– Математика. Он сконцентрировался на этом?
Элла поднимает брови и удивлённо смотрит на меня. И кроме удивления в её взгляде проскакивает ещё что-то.
– Да, именно. Он говорил с тобой об этом?
– Ну вроде того. Сказал, что математика даёт идеальную модель мира.
– Да, так он считает. Может это абсолютная истина, может нет, но для Влада именно математика стала своеобразным шалашом, в который он ребёнком забрался, определив, что там безопасно, потому что математикой можно логически объяснить.
Алёна и Олег не ожидали, что он окажется таким сложным. Хороший, добрый мальчик, но он почти не разговаривал и выдавал такие математические навыки и знания, что им становилось не по себе.
«Зверушка, которую гостям не покажешь»
– А потом Алёна забеременела Артёмом через четыре года. И…
– Они отправили его в интернат.
Когда Влад сказал об этом вчера в своей комнате, я не совсем поняла всю суть.
Они его бросили. Вытолкнули за борт как нечто ненужное. Предали. Да, я помню, что речь идёт о моём личном кошмаре, но… он ведь человек. Сначала он лишился родителей, потом обрёл семью, которая вот так предала его. Неудивительно, что он так относится к Алёне.
– Я хотела забрать его, но мне не было восемнадцати на тот момент. Да и потом мне тоже не подтвердили опеку, ведь я была студенткой без жилья и прочих нужных условий. Но ты не представляешь, Лера, как он жил те годы в интернате во Владивостоке, – голос молодой женщины глохнет, и она опускает взгляд на сомкнутые кисти.
– Когда Влад вернулся, ему было шестнадцать. И то, что вернулось вместо Влада, назвать нормальным словом невозможно. Я уже стала психологом, училась постоянно, старалась, в первую очередь чтобы помочь ему. Мне с большим трудом удалось остаться в поле его восприятия, куда он допустил очень и очень немногих. А если быть честной, то в душу он не впустил никого."
"Его история, его детство действительно шокирующее.
Это никак не меняет моего отношения к нему и к тому, что он творит, но… Мне очень жаль того маленького мальчика. Он мог стать нормальным, открытым, если бы цепь событий в его жизни не сложилась так, как сложилась. Но он вырос, и тяжёлое детство не оправдывает его, не даёт права так поступать с другими, как он поступает со мной, и, уверена, поступал до меня.
В дверь снова коротко стучат, и когда Элла окликает, входит домработница с подносом.
