И вдруг, буквально за час, всех срочно выдернули на борт… Эх, Иветта, Иветта – конечно, Эрих не забывал свою Урсулу, Уш, но ведь в жизни солдата должны быть радости здесь и сейчас? Эскадра вышла ночью, курсом на юго-запад в Бискайский залив, обычную их зону охоты, но лодок не было, одни миноносцы, и затем они с восхода до заката болтались малым ходом почти в одном месте, зато истребители были в полной готовности – на перехват британского разведчика подняли не одного, и не пару, а целую четверку, у «Сандерленда» не было шансов – хотя самолет сбил Рогов, Хартманн привычно уже отстрелялся по парашютистам.
Затем ночью вдруг пошли на север, самым полным ходом – в каюте слышался шум механизмов, на палубе трудно было стоять. Утром всех подняли в шесть, собрали и объяснили задачу: ожидается бой с английской эскадрой, и надлежит прикрыть с воздуха весь район, чтобы ни одна британская сволочь не могла сунуться. Дежурное звено было уже поднято на палубу, остальные самолеты заправлены и снаряжены, летчики сидели в готовности.
Но на море развело волну, авианосец ощутимо качало, и взлетать пока было нельзя.
Затем впереди послышался грохот орудий. Хартманн встревожился, он знал уже, что умирать в ледяной воде очень тяжело; с другой же стороны, они не слишком отдалились от берега, горючего у «мессершмита» должно хватить – и Эрих сам вызвался в дежурные, надеясь, что если даже корабль потопят, его самолет успеют катапультировать – и курс на восток! До Франции километров восемьсот, вполне в пределах досягаемости, если по дороге не вести воздушный бой.
Говорят, британцы в море – страшный противник; может быть, он всё же напрасно выбрал карьеру морского пилота, какой смысл в привилегиях и чинах, если к этому приложен гораздо больший шанс умереть?
Большой четырехмоторный самолет несколько раз мелькнул в небе, показавшись из облаков. Хартманн привычно подобрался – сейчас прикажут на старт – но тут же опознал «кондор». Какое-то время ничего не происходило, стрельба впереди прекратилась, и волнение стало стихать.
И тут объявили, что с «кондора» видят британский авианосец, совсем близко, всего в восьмидесяти километрах, и с него уже взлетают истребители, так что выручайте!
Четверка Хартманна взлетела первой, следом должен был идти Рогов. Быстро пробив облака, «мессершмиты» набирали высоту. Вражеские истребители – это не «сандерленды», и Эрих совершенно не желал рисковать.
