Им казалось, что есть что-то ненормальное в этой женщине, одиноко сидящей на скамейке в парке в то время, когда все остальные спешат на работу. Один из полицейских остановился и с подчеркнутой вежливостью осведомился, не может ли он быть чем-то полезен.
— Я жду мужа.
Разумеется, дама ждет своего мужа. Но она сидит на этой скамейке уже довольно давно. Так, может быть, ее супруг заблудился?
— Он пошел искать гостиницу. А я устала и решила подождать здесь.
Анна была достаточно прилично одета. Она не заговаривала ни с одним из проходящих мимо мужчин и не ответила нескольким типам, которые сами клеились к ней.
На самом деле ее спокойствие объяснялось лишь фатализмом; полицейский же принял его за невиновность.
— Надеюсь, он не задержится, миссис. Если понадобится какая-нибудь помощь…
— Большое спасибо.
Карлос вернулся после захода солнца — с горящими глазами, в разорванной, выбившейся из штанов рубахе. Возбужденный и счастливый. Он охотился на рынке и сумел украсть сумочку с туго набитым кошельком.
— Что было дальше?
— Меня пытались догнать.
— Рубашка?
— Случайность. Зацепился за ограду.
— Сумочка?
— Выбросил на помойку.
Он показал Анне толстенькую пачку ассигнаций. Карлос был осторожным, хитрым и терпеливым вором. Он умел дождаться хорошей добычи и подходящей возможности. Воровство он ненавидел, оно унижало его, но ради своей мечты Карлос был готов на все.
— Ладно, — вздохнула Анна. — Теперь надо найти комнату и поесть. Потом я займусь твоими идиотскими секретами.
— Ты?
— Конечно, я. Тебя знают в лицо. Так что действовать придется мне. А может, наймем кого-нибудь третьего.
— Я все могу сделать сам, — заявил Карлос.
— И получить пулю в лоб?
— Не будь дурой.
Но она убедила его в необходимости действовать именно по такому плану, и Карлос нехотя согласился.
Уже на выходе из парка Анна спросила:
— Кто-нибудь видел, как ты воровал сумочку?
— Вероятно. Мне пришлось вырубить полицейского!
Глава 16
Сюзан Беллоуз проснулась словно от толчка.
Остатки сна разом слетели с нее, но она продолжала лежать в кровати с закрытыми глазами, еще не совсем оправившись от снотворного, которое приняла накануне. И пыталась вспомнить свой сон. Сны имеют большое значение; нью-йоркский психоаналитик всегда расспрашивал ее о снах, и Сюзан привыкла записывать их во всех подробностях, когда могла хоть что-то вспомнить. На сей раз почудилось, что ее зовет по имени далекий низкий голос.
А еще что? Что-то неприятное.
