— Уверен, что Георг с ним заодно? Что они вместе отправились в Кале? Что Уорик именно Георга хочет сделать королем?
— Ни в чем я не уверен! — в отчаянии вскричал мой муж. — Ведь Уорик всегда был мне самым лучшим, самым надежным другом. А теперь он против меня, и мой родной брат с ним заодно. Ведь мы с Георгом столько раз сражались плечом к плечу, мы были не просто братьями, но братьями по оружию! И я собственными глазами видел, как во время битвы при Мортимерс-Кросс в небе сияли три солнца, — все тогда шептались, что это знак Божий, посланный не только мне, но и Георгу с Ричардом, нам троим, нам, сыновьям Йорка.
Как же может один из нас предать остальных? И кто еще предаст меня вместе с Георгом? Если я не могу доверять собственному брату, кто же останется рядом со мной? Моя мать наверняка обо всем знала, ведь Георг — ее любимчик. Он точно предупредил ее, что готовит против меня заговор, но при мне она не проронила ни слова.
Как мог он предать меня, Елизавета? Как она могла?
— Неужели твоя мать действительно так поступила? — Я не верила собственным ушам. — Неужели она поддерживает Георга в борьбе против тебя? Но почему? Как она может творить подобное?
Эдуард только плечами пожал.
— Это все старая история, те же дурацкие рассуждения о том, что я, возможно, не сын собственного отца, а потому не являюсь законным наследником дома Йорков. Георг теперь, разумеется, утверждает, что я бастард, а законный наследник — именно он.
Одному богу известно, почему мать вдруг решила поддержать эти старые сплетни. Наверное, она ненавидит меня за то, что я женился на тебе и во всем принимаю твою сторону.
— Да как она смеет!"
"— В настоящий момент я действительно не могу доверять никому, кроме тебя и твоих родных! — воскликнул Эдуард. — Мою прежнюю опору — всех, на кого я мог положиться, — прямо-таки вышибли у меня из-под ног. Кстати, мне передали, что этот Робин из Йоркшира желает со мной встретиться и предъявить целый список требований, которые я должен выполнить и которые Уорик считает, по его же выражению, вполне разумными.
Разумными! А еще Уорик пообещал этим людям, что он и Георг высадятся на английский берег с армией лишь для того, чтобы меня убедить. Ха, убедить! Уж я-то знаю, что в его устах означает это слово! Мы и несчастного Генриха убеждали.
