Затем вместе с толпой пилигримов мы хотели прокатиться по более мелким провинциальным городам и селениям, поучаствовать в тамошних празднествах и осуществить ряд актов правосудия и попечительства. Нам хотелось побыть с простым народом и показать, что мы, новые король с королевой, совсем не напоминаем того безумца, который теперь сидит в Тауэре, и его еще более ненормальную супругу, сбежавшую во Францию.
— Ну вот, теперь придется ехать на север и разбираться с этими мятежниками, — жаловался мне Эдуард.
— Восстания там стали вспыхивать один за другим, отряды этих бандитов сливаются, как ручьи в половодье. Я-то считал, что это какой-то недовольный сквайр взбунтовался, но, судя по всему, почти весь север взялся за оружие. Конечно, это дело рук Уорика! Это точно он! Хотя мне Уорик и слова на сей счет не сказал. И не явился, хотя я велел немедленно приехать. Я еще подумал: как странно он себя ведет. Но решил, что Уорик все еще сильно на меня сердится. А сегодня мне сообщили, что Уорик с Георгом погрузились на корабль и вместе отплыли в Кале.
Черт бы их побрал! Ах, Елизавета, я вел себя как доверчивый дурак! Ведь Уорик бежал из Англии, и Георг с ним вместе; они направились в самый сильный английский гарнизон, они неразлучны, а все те люди, которые утверждают, что вышли защищать этого Робина из Ридсдейла, на самом деле являются платными слугами Георга или Уорика.
Я просто пришла в ужас: наше королевство, которое мы вроде бы с некоторых пор полностью держали в руках, вдруг начало разваливаться на части.
— Это, конечно же, затея Уорика. Против меня обернулись те же уловки, которые мы с ним использовали против Генриха, — размышлял вслух Эдуард. — И теперь Уорик всячески поддерживает Георга, как когда-то поддерживал меня. Но если Уорик будет продолжать в том же духе, если использует крепость Кале как опорный пункт для вторжения в Англию, неизбежно разразится очередная война! И теперь это будет война родных братьев, а не кузенов.
Будь он проклят, Елизавета! И этого человека я считал другом! Этот человек столько сделал, добывая для меня трон! Ведь он был мне не просто родственником, но и главным союзником! Самым близким единомышленником!
Эдуард отвернулся, чтобы я не увидела, каким гневом и отчаянием искажено его лицо. А я едва дышала при мысли о том, что Уорик, этот великий человек, этот величайший полководец, пойдет на нас с войском.
— Ты уверен? — уточнила я.
