— А еще они вроде отыскали свидетелей, готовых поклясться, что до тебя Эдуард уже был женат.
Нахмурившись, она взглянула прямо на меня, но я глаз не отвела.
— Это все старые скандальные слухи, — ответила я спокойно. — Меня они совершенно не интересуют.
— Прошу тебя, выслушай внимательно. Возможно, я не смогу еще раз прийти к тебе. Власть моего мужа и его политический вес все усиливаются. По-моему, меня он скоро попросту сошлет в наше дальнее поместье, и мне придется подчиниться. Так вот, они заполучили Роберта Стиллингтона, епископа Бата и Уэллса…[28]
— Но это же наш человек, — перебила я сестру, забыв, что больше уже не существует никаких «наш — не наш».
— Он был вашим человеком. И перестал им быть. Он являлся советником Эдуарда, а стал лучшим другом герцога Глостера. И уверяет теперь, как уверял и герцога Кларенса, что до тебя женой Эдуарда уже успела стать некая Элеанор Батлер, у которой имеется от Эдуарда сын.
Я отвернулась: вот она, цена, которую приходится платить за невоздержанность своего супруга!
— На самом деле, думаю, он просто обещал на ней жениться, — тихо возразила я.
— И возможно, даже устроил нечто вроде свадебной церемонии. Кстати, Энтони всегда считал именно так.
— Это еще не все.
— А что еще?
— Ходят упорные сплетни, что король Эдуард вовсе не сын своего отца, а бастард, которого его отцу попросту подсунули.
— Снова эти мерзкие интриги?
— Да, снова.
— И кто же подает это холодное позавчерашнее кушанье?
— Герцог Ричард вместе с моим мужем.
Они только и делают, что повсюду твердят об этом. Но что еще хуже, и мать покойного Эдуарда готова прилюдно признаться, что он, твой муж, был бастардом. И по-моему, она это сделает. Она одержима желанием посадить на трон Ричарда, а твоего сына попросту сбросить со счетов. Герцог Глостер и мой муж всех убеждают, что твой муж был бастардом и его сын — тоже бастард, а стало быть, он, Глостер, — единственный законный наследник трона.
Я кивнула. Конечно. Конечно. А потом нас сотрут в порошок и отправят в ссылку, и герцог Ричард станет королем Ричардом, а его сын с иссиня-бледным, точно сыворотка, лицом займет место моего красивого мальчика.
— Однако хуже всего то, — продолжала Екатерина, — что, согласно подозрениям герцога, ты собираешь войско. Он уже заявил в Совете, что ты намерена уничтожить не только его, но и всех английских пэров, и он именно поэтому послал в Йорк за подкреплением, состоящим из верных ему людей.
