Ходьба, движение – вот что поможет забыть горечь от потери друга, забыть об ужасной записке.
Хорхе нажал кнопку, и крышка люка поползла вниз. Едва она успела открыться наполовину, как в образовавшуюся щель Томас увидел троих неизвестных. Когда же пандус опустился полностью, стало понятно: это не встречающая делегация.
Двое мужчин и одна женщина, в металлических респираторах. У мужчин в руках пистолеты, у женщины – пушка. Потные лица покрыты пылью и грязью, одежда местами изодрана, словно этим троим пришлось прорываться сюда с боями.
Оставалось только надеяться, что они – дополнительные силы охраны на воротах.
– Это что еще такое? – произнес Хорхе.
– Пасть захлопни, иммуняк, – ответил один из мужчин в респираторе. Искаженные маской слова прозвучали еще более угрожающе. – Все четверо спускайтесь на землю, только спокойно. Будете сопротивляться, сами не обрадуетесь. Не пытайтесь хитрить.
Глянув им за спины, Томас с ужасом заметил, что ворота открыты настежь и в узком проходе валяются два мертвых тела.
Первым ответил Хорхе:
– Начнешь палить, hermano, и мы тебя задавим, как бульдозер. Одного ты, может, и снимешь, но остальные и тебя, и твоих дружков-отморозков уложат.
Блефует, видно же.
– Нам терять нечего, – ответил мужчина в респираторе. – Давай, если смелый, иди сюда. Двоих-то я точно кокну, даже моргнуть не успеете.
Он прицелился Хорхе в голову.
– Понятно, – ответил латинос и поднял руки. – Один – ноль в твою пользу.
Минхо застонал.
– Ах ты, ушлепок стебанутый, – произнес он и тоже поднял руки.
– Вам тут лучше бдительность не ослаблять. Попомните мое слово.
Выбора не оставалось, и Томас, подняв руки, первым спустился по пандусу. Трое отвели группу к тарахтящему на холостых оборотах старенькому микроавтобусу. За рулем сидела женщина, на заднем сиденье – еще двое мужчин с пушками.
Один из конвоиров открыл боковую дверь и кивком велел пленникам проходить внутрь."
"– Залезайте. Одно лишнее движение – и я стреляю. Говорю же, нам терять нечего. Невелика беда завалить одного-двух иммуняк, мир от этого не рухнет.
Томас забрался в пассажирскую часть салона, прикидывая на ходу шансы. Четверо против шестерых. Против шестерых с оружием.
– Кто платит за похищение иммунных? – спросил Томас, пока в салон садились его друзья. Он думал, хоть кто-то да подтвердит догадку Терезы, что иммунными торгуют как рабами.
Ему не ответили.
Наконец трое поджидавших беглецов у берга сели в машину и закрыли за собой двери. Взяли пленных на мушку.
