Наконец Минхо заговорил безжизненным голосом:
– Зачем он так? Почему не вернулся с нами? Еще и целился мне прямо в лоб…
– Все равно бы не выстрелил. Ни за что, – ответил Томас и тут же усомнился в собственном утверждении.
Минхо покачал головой.
– Ты его глаза видел? В них же ни капли разума не было. Не уступи я – Ньют спустил бы курок. Чувак, он совсем спятил. Ошизел до мозга костей.
– Может, оно и к лучшему…
– Чего-чего? – Минхо обернулся к Томасу.
– Может, вместе с разумом гибнет и личность? Вдруг конченый шиз не понимает, что с ним творится? И Ньют, которого мы помним, даже не мучается?
– Неплохая попытка утешить себя, ушлепок, – обиженно произнес Минхо.
– Я с тобой не согласен. Ньют еще там, заперт в голове сумасшедшего, вытеснен. Кричит, не в силах вернуться. Это как если бы его заживо похоронили.
Представив себе картинку, Томас внезапно расхотел развивать тему, – уставился в пол и просидел так до самой посадки на аэродроме возле Денвера.
Томас растер лицо ладонями.
– Приехали.
– Кажись, я немного проникся идеями ПОРОКа, – глухо произнес Минхо.
– Заглянул в эти глаза, увидел безумие в них. Я многих друзей потерял, но они погибли, а не сошли с ума. Когда видишь в таком состоянии кого-то очень близкого… почти родного… и у него Вспышка… Если бы у нас получилось найти лекарство…
Минхо не договорил, однако Томас прекрасно понимал, о чем друг думает. Он на секунду зажмурился. Жизнь перестала быть простой и понятной, черного и белого больше нет.
Наконец из кабины вышли Бренда и Хорхе.
– Мне жаль, – пробормотала девушка.
Минхо буркнул в ответ что-то нечленораздельное. Томас же кивнул и посмотрел Бренде в глаза, стараясь взглядом передать всю боль, жгущую изнутри. Хорхе присел рядом и уставился в пол.
Откашлявшись, Бренда напомнила:
– Понимаю, вам тяжело, но надо о будущем позаботиться. Как нам быть, что делать?"
"Вскочив на ноги, Минхо ткнул в ее сторону пальцем.
– Заботиться можете о чем угодно, мисс Бренда. А мы только что бросили друга посреди толпы стебанутых психопатов.
Он ушел прочь из общей комнаты, и Бренда взглянула на Томаса.
– Мне правда жаль.
Томас пожал плечами:
– Ничего. Когда я появился в Лабиринте, Минхо уже знал Ньюта два года. Дай ему время – оправится.
– Нам всем хреново, muchachos, – произнес Хорхе. – Надо пару деньков отлежаться. Обмозговать, что да как.
– Ну да, – пробормотал Томас.
Бренда взяла его за руку.
– Что-нибудь придумаем.
– Первый шаг сам собой напрашивается, – ответил Томас.
