– Чак снова отправил в рот большую порцию пюре. Кажется, он действительно считал, что сейчас самое подходящее время для разговоров. И даже полный рот не был ему помехой. – А знаешь, мне почти не страшно. Я хочу сказать, последние несколько дней мы просто отсиживались в Хомстеде и ждали, когда придут гриверы и сцапают одного из нас. Хуже и не придумаешь. А теперь, по крайней мере, сами идем на них, пытаемся что-то сделать. Во всяком случае…
– Что «во всяком случае»? – спросил Томас. Он ни секунды не сомневался, что Чак напуган до смерти.
– Ну… Все только и говорят о том, что гриверы могут убить лишь одного человека. Наверное, я говорю как распоследний ушмарок, но это вселяет в меня надежду. Во всяком случае, большинство из нас прорвется благодаря какому-то несчастному. Лучше уж один, чем все.
От мысли, что глэйдеры цепляются за надежду, что умрет кто-то один из них, но только не они сами, стало противно. И чем больше Томас об этом думал, тем сильнее сомневался, что все произойдет именно так.
Создатели наверняка были в курсе их плана, поэтому запросто могли перепрограммировать гриверов. А впрочем, даже ложная надежда лучше, чем ничего.
– Как знать. Если окажем организованное сопротивление, может, вообще все выживем.
Чак застыл с поднесенной ко рту ложкой и пристально посмотрел на Томаса.
– Ты правда так считаешь или просто пытаешься меня подбодрить?
– Думаю, такой вариант возможен.
Томас проглотил последний кусок и запил большим глотком воды.
Так врать ему еще никогда не приходилось. Очевидно, что погибнут многие. Но он твердо решил сделать все от него зависящее, чтобы Чак избежал страшной участи.
Как и Тереза.
– Не забывай, что я пообещал. План вернуть тебя домой все еще в силе.
Чак нахмурился.
– Да толку-то. Вокруг только и слышно, что мир превратился в одну большую кучу кланка.
– Ну… может, и так, но мы найдем людей, которые о нас позаботятся. Вот увидишь.
Чак встал из-за стола.
– Ладно, не хочется забивать этим голову, – произнес он.
– Ты, главное, выведи меня из Лабиринта – и я стану самым счастливым шанком на свете.
– Лады, – согласился Томас.
Его внимание привлек шум за соседними столами – Ньют и Алби поднимали глэйдеров. Настало время выдвигаться. Внешне Алби выглядел вполне нормально, но Томаса все-таки беспокоило его моральное состояние. Истинным вожаком, по наблюдениям Томаса, сейчас стал Ньют; впрочем, заскоки временами случались и у него.
