Томас посмотрел на группы горячо спорящих глэйдеров, разбросанные по всему Глэйду, – кураторы изо всех сил пытались убедить людей, что те должны рискнуть и с боем прорываться к Норе Гриверов. Некоторые не вняли уговорам и ушли, но большинство слушали внимательно и, кажется, всерьез задумались.
– И что дальше? – спросила Тереза.
Ньют глубоко вздохнул.
– Выясним, кто идет, а кто остается, и начнем готовиться. Надо подумать о еде, оружии и прочих вещах. Затем двинемся в путь. Томас, я бы назначил тебя главным, раз уж идея принадлежит тебе, но нам и без того будет трудно уломать глэйдеров отправиться к Норе, а уж если они узнают, что лидером станет Шнурок… Без обид.
Так что не высовывайся, хорошо? Вы вместе с Терезой займетесь кодом. Будете действовать без лишней огласки.
Томас был вовсе не против не высовываться. Найти компьютер и набрать на нем код казалось более чем ответственным заданием. И все-таки ему пришлось бороться с нарастающей в душе паникой.
– В твоих устах все и правда кажется легким и простым, – проговорил он наконец, стараясь хоть чуточку разрядить напряженную обстановку.
А заодно и себя успокоить.
Ньют снова скрестил руки и пристально посмотрел на Томаса.
– Как ты сказал, останемся здесь – и один шанк погибнет. Отправимся к Норе, и кто-то все равно погибнет. Тогда какая разница? – Он ткнул Томаса в грудь. – Если только ты не ошибся.
– Не ошибся."
"Томас знал, что прав насчет Норы, кода, секретного выхода и неизбежности стычки с гриверами. Но вот один человек погибнет или несколько, он предугадать не мог.
Как бы то ни было, признаваться в сомнениях он не собирался.
– Лады. – Ньют похлопал его по плечу. – А теперь за работу.
Следующие несколько часов в Глэйде кипела бурная деятельность.
Большинство глэйдеров – даже больше, чем предполагал Томас, – все-таки решили присоединиться к беглецам. В том числе и Алби. Хотя никто в этом не признавался, Томас мог биться об заклад: в душе все надеялись на то, что гриверы убьют только одного, и рассматривали свои шансы стать этим несчастным как мизерные.
Лишь немногие особенно упрямые приняли решение остаться в Глэйде; впрочем, шума и проблем больше всего доставляли именно они, с мрачным видом слоняясь по площади и всячески пытаясь втолковать остальным, какие те болваны. В конце концов упрямцы осознали тщетность своих попыток и оставили уходящих в покое.
Что до Томаса и остальных, решившихся на побег, то им предстояло успеть сделать массу работы.
