На этот раз рука Пруденс поднялась, по-видимому, неосознанно, чтобы прикрыть лицо, когда она без необходимости откинула волосы.
— Наконец, — сказала Робин, сомневаясь, не собирается ли она полностью испортить интервью, но уверенная, что должна это сказать, — ты, как ее психотерапевт, могла бы настоятельно рекомендовать ей проявлять осторожность при даче показаний или обращении в полицию, поскольку опасаешься, что она недостаточно психически устойчива, чтобы справиться с последствиями, особенно в качестве одинокого свидетеля.
— Что ж, — сказала Пруденс, — позволь мне отплатить за комплимент. Ты, несомненно, очень хороша в своей работе.
Официант принес основные блюда. Робин, слишком голодная, чтобы сопротивляться, одним глотком съела тальятелле с рагу и издала стон удовольствия.
— Боже мой, ты не ошиблась.
Пруденс по-прежнему выглядела напряженной и озабоченной. Она принялась за свои спагетти и некоторое время ела молча. Наконец, очистив половину своей тарелки, Робин сказала:
— Пруденс, клянусь тебе, я бы не стала говорить этого, если бы это не было правдой.
Мы считаем, что Флора была свидетелем чего-то очень серьезного в церкви. Очень серьезного.
— Чего?
— Если она тебе не сказала, то я не думаю, что мне стоит это делать.
Пруденс отложила ложку и вилку. Решив, что лучше дать Пруденс время высказаться, Робин продолжила есть.
— Наконец-то, — тихо произнесла терапевт. — Есть кое-что, о чем она мне не говорит. Она обходит это стороной. Она то приближается, то отступает.
Это связано с Утонувшим Пророком.
— Да, — сказала Робин, — это могло быть так.
— Робин…
Пруденс, похоже, приняла решение. Шепотом она сказала:"
"— Флора страдает ожирением. Она занимается членовредительством. У нее проблемы с алкоголем. Она принимает столько антидепрессантов, что почти не знает, какой сегодня день.
— Она пытается отгородиться от чего-то ужасного, — сказала Робин. — Она стала свидетелем того, что большинство никогда не увидит. В лучшем случае это было непредумышленное убийство по неосторожности.
В худшем — убийство.
— Что?
— Все, что я хотела сказать тебе сегодня вечером, — сказала Робин, — все, о чем я хотела попросить, — это чтобы ты помнила, сколько пользы она может принести, если даст показания. Мы уверены, что иммунитет от судебного преследования может быть обеспечен. Флора и родственник нашего клиента были молоды и уязвимы, и я могу свидетельствовать о том, что делает церковь для принуждения к молчанию и послушанию.
