— Мерфи в Испании, — сказал Страйк, слегка обидевшись на то, что ему пришлось упомянуть этого человека.
— Я знаю, — сказала Робин. Он сказал в своем последнем п… — она зевнула, — … письме.
Доев свой бутерброд, она сказала:
— У тебя нет ничего, в чем я могла бы спать?
— У меня есть футболка, — сказал Страйк, доставая ее из своей сумки.
— Спасибо… Я реально хочу в душ.
Робин поднялась на ноги и направилась в ванную, прихватив с собой футболку Страйка.
Он снова сел в кресло, в котором слушал полицейский допрос Робин, испытывая противоречивые эмоции.
Робин выглядела менее дезориентированной после того, как поела, вздремнула и поговорила с полицией, что было облегчением, хотя он не мог не задаваться вопросом, не сочтет ли беспристрастный наблюдатель, что он все еще использует ситуацию в своих интересах, если он действительно разделит с Робин постель. Он не мог себе представить, что Мерфи будет этому рад — впрочем, его не волновало, чтобы Мерфи был счастлив.
Звук душа в ванной комнате натолкнул его на мысли, которые, как он знал, ему не следовало думать. Поднявшись на ноги, он убрал использованную Робин посуду и столовые приборы, с шумом положив их на поднос, который поставил за дверью, чтобы его забрали. Затем он сделал совершенно ненужную перестановку личных вещей, поставил телефон на зарядку и повесил пиджак, стараясь не задеть вешалки: никто не мог обвинить его в том, что он сидит в кресле, слушает душ и представляет себе своего делового партнера голым.
Робин тем временем намыливала поцарапанные колени, вдыхала запах незнакомого геля для душа и начинала понимать, что она действительно больше не на ферме Чепменов. Как ни обременителен был допрос полиции, он как-то приземлил ее. Стоя под струями горячей воды, благодарная за уединение, закрывающуюся дверь и за Страйка снаружи, она размышляла о том, что есть вещи и похуже того, что ей пришлось пережить: это быть ребенком, у которого не хватало сил бежать, у которого не было друзей, которые могли бы его спасти, и поэтому он был полностью во власти режима на ферме Чепмена.
Несмотря на телесную усталость, она снова почувствовала себя нервно бодрой.
Насухо вытершись полотенцем, она выдавила зубную пасту Страйка, почистила зубы, как могла, уголком полотенца и надела футболку Страйка, которая была для нее как мини-платье.
