Наверное… Мое ложное “я” все еще там, все еще цепляется за меня.
— Очень хороший, аккуратный, четкий ответ, — сказал Уэйс, снова улыбаясь.
— Я пытаюсь быть честной, — сказала Робин. Она подумала, что не помогут ли слезы убедить Уэйса в ее искренности. После потрясений последнего часа не потребовалось бы много времени, чтобы потекли слезы.
— Я слышал, — сказал Уэйс, — что единственный раз, когда ты проявила интерес к оспариванию церковной доктрины, был разговор с юным Уиллом на овощной грядке.
— Я не бросала ему вызов, — сказала Робин, стараясь не показаться защитницей.
— Я сделала ошибку, и он меня поправил. Причем несколько раз."
"— А, ну… Уилл лучше запоминает доктрину, чем живет ею, — сказал Уэйс, снова улыбаясь. — Он умный молодой человек, но еще не стал чистым духом, потому что постоянно ошибается на шестой ступени. Ты знаешь, что такое шестая ступень?
— Чистый духом знает, что принятие важнее понимания, — цитирует Робин.
— Очень хорошо, — сказал Уэйс. — Материалист стремится к пониманию, а чистый духом — к истине.
Там, где материалист видит противоречия, чистый духом понимает, что разрозненные понятия и идеи — это часть единого целого, постичь которое может только Божественное. Уилл не может избавиться от приверженности материалистической концепции познания. Он пытается, ему кажется, что это удается, но затем он снова возвращается назад.
Уэйс проследил за выражением лица Робин, но она ничего не сказала, будучи уверенной, что проявлять особый интерес к Уиллу опасно. Когда стало ясно, что она не собирается говорить, Уэйс продолжил,
— И ты бросила вызов Цзяну, когда он инструктировал Эмили, тоже на овощной грядке.
— Да, — сказала Робин, — я отреагировал инстинктивно, я была…
— Инстинктивно, — повторил Уэйс, — это интересный выбор слова, который очень нравится материалистам. Только когда человечество избавится от низменных эмоций, которые мы называем “инстинктом”, мы сможем победить в борьбе со злом. Но если воспользоваться твоим словом — “инстинкт”, похоже, особенно сильно задействован Деструкторами, Артемида.
— Я не понимаю, что вы имеете в виду, — сказала Робин.
— Уилл. Эмили. Даже тихая малышка Лин имеет свои деструктивные наклонности, — сказал Уэйс.
— Я почти никого из них не знаю, — сказала Робин.
Несколько мгновений Уэйс ничего не говорил. Он очистил свою тарелку, затем промокнул рот льняной салфеткой, после чего сказал:
— Твое Откровение было трудным, как я слышал. Дайю проявилась.
— Да, — сказала Робин.
