Ожидая увидеть свою клиентку-актрису, он с опозданием понял, что говорит с Шарлоттой Кэмпбелл.
— Это я. Не вешай трубку, — быстро сказала она. — В твоих интересах услышать, что я хочу сказать.
— Тогда скажи это, — раздраженно сказал Страйк.
— Мне позвонил журналист из Мейл. Они пытаются написать о тебе какую-то грязную статью, мол, ты спишь с клиентками. Как отец, так и сын, и все такое.
Страйк чувствовал, как напряжение охватывает каждую часть его тела.
— Я сказала ей, что не верю, что ты когда-нибудь спал с клиентом, что ты очень благородный и что у тебя строгая этика в отношении подобных вещей.
И я сказала, что ты совсем не похож на своего отца.
Страйк не мог бы сказать, что он чувствовал, кроме тусклого удивления, смешанного с каким-то призрачным остатком того, что он когда-то испытывал к ней, воскрешенным горестным голосом, который он иногда слышал в конце их самых страшных ссор, когда даже неистребимая любовь Шарлотты к конфликтам оставляла ее издерганной и нетипично честной.
— Я знаю, что они были и у нескольких твоих бывших, — сказала Шарлотта.
— Кто? — спросил Страйк.
— Мэдлин, Сиара и Элин, — сказала Шарлотта. — Мэдлин и Элин заявили, что никогда не нанимали частного детектива, и отказались давать какие-либо другие комментарии. Сиара говорит, что просто рассмеялась, когда ей позвонили из “Мейл”, а потом повесила трубку.
— Как, черт возьми, они узнали, что я был с Элин? — спросил Страйк, скорее для себя, чем для Шарлотты. Эта интрижка, которая закончилась весьма плачевно, была проведена, как ему казалось, с полной осмотрительностью с обеих сторон.
— Дорогой, люди говорят, — вздохнула Шарлотта. — Ты должен это знать, ведь это твоя работа — заставлять их говорить. Но я просто хотела, чтобы ты знал: никто не сотрудничает, и я сделала все, что могла. Мы с тобой были вместе дольше всех, так что… так что это должно что-то значить.
Страйк пытался найти, что сказать, и, наконец, выдал из себя: — Ну, спасибо.
— Все в порядке, — сказала Шарлотта. — Я знаю, ты думаешь, что я хочу разрушить твою жизнь, но это не так.
Не хочу.
— Я никогда не думал, что ты хочешь разрушить мою жизнь, — сказал Страйк, потирая лицо рукой. — Я просто думал, что ты не против немного попортить мне ее.
— Что ты…?
— Всякое дерьмо, — сказал Страйк. — С Мэдлин.
— Ох, — сказал Шарлотта. — Да… Я это сделала, немного.
Ответ заставил Страйка неохотно рассмеяться.
— Как ты? — сказал он. — Как твое здоровье?
— Я в порядке.
— Правда?
— Да.
