А если ее не дай бог обнаружит какая-нибудь нечисть, то придется найти последнюю. И убить. А после и избавиться от нити.
Пентти готов был рвать на себе волосы от отчаяния. Казалось, будто все, чего касается Врановой превращается в прах. Он старался гнать от себя эти мысли, даже ругался вслух. Он должен спасти душу. Должен найти способ достать нужный ингредиент. А для этого надо убить захожего. Положить на алтарь все. Однако мысли предательски вновь окутывали его, стоило Пентти замолчать.
Правда, безумного отчаяния хватило на один вечер.
Утром следующего дня угрюмый и собранный Врановой вышел из дома. И от прошлых неудач остались лишь глубокие, как у тяжелобольного, синяки под глазами.
Ему пришло понимание, что надо идти ва-банк. Поставить на карту все, включая собственное благополучие и жизнь. Если он пока сам не может найти захожего, то необходимо обратиться к нечисти. Точнее, потусторонней твари, которой опасалась даже нечисть. Замарать руки в самой черном магии, какая существовала.
Первым делом он отправился к вэтте.
С ними у него были тесные отношения. Пентти часто закладывал какие-то артефакты, потом выкупал, а еще чаще просто продавал. Все, что мог найти, все, чем одаривал его воевода и передавал тверской кощей.
У вэтте он взял «Магнит черного послушника». Редкий, но при этом одноразовый артефакт. И взял в долг, долго уговаривая Тосса пойти на сделку и даже заложив старый посох. Если честно, Пентти не был уверен, что выкупит его, да это сейчас и казалось не важным.
Затем он добыл «первую кровь», нужную для черного ритуала.
Можно было обойтись и собственным хистом. Тогда бы тварь вышла намного послушнее. Но и слабее. Однако именно во времени сейчас Врановой был ограничен как никогда.
И вот после всего этого он наконец здесь. Среди трупов и мертвенной тишины деревьев. От которой у обычного чужанина стыла бы в жилах кровь. Тогда как Врановой, напротив, чуть подрагивал от предвкушения. И не мог дождаться момента, когда закончит ритуал.
Первым делом он вытащил «Магнит».
По сути, обычный кулон, наконечником которого являлась стрелка, такая, как на компасе. В средневековье подобные были в ходу. Помогали настоящим рубежникам найти себе помощников под стать.
Ведь какими свойствами должен обладать истинный рубежник? Идти напролом, даже в тех случаях, когда мораль и совесть кричат на все лады. Ни смерть, ни кровь, ни чужанские страдания не могут его остановить ради достижения цели. И послушник должен быть достойным своего господина.