Тем более, что Лёля его вызывала — а он был сначала в бою, а потом без чувств.
— Ты! Ты куда пропал? Я уже знаешь, сколько всего передумала? — яростно поинтересовалось милое создание.
Хорошо, что не рядом — ведь побила бы, или покусала. Потом, правда, сама бы и залечивала… наверное.
— Я уже дома, Лёля. Но я пока не знаю, ни как сюда попал, ни чем всё закончилось в Александровском.
— Болотников сказал, ты там раскрыл какой-то заговор и героически командовал обороной тамошней крепости от нежити."
"— Там всей крепости — деревянные бараки да забор, — отмахнулся Михал.
— И я совершенно не понимаю, чего хотели те люди, которых мы сначала поймали, а потом они, то есть один из них, натравили на нас местный погост.
— Весь, что ли? И много их было?
— Достаточно много.
— А чего не позвал помогать?
Вот такая у него Лёля. Чего не позвал помогать, понимаете ли.
— Не счёл себя вправе, — на самом-то деле ему и в голову не пришло, что её можно позвать помогать, хоть он и отлично знает, что она сильный и опытный маг, её сила была бы очень кстати.
— Не счёл он, значит, что ещё один некромант будет помощью против нежити! Ну точно, по голове-то тебе хорошо попали!
— В следующий раз непременно, — улыбнулся он.
— Какой ещё, к холере, следующий раз? — спросила Лёля.
— Да будет же какой-нибудь, — отмахнулся он. — Ладно, у меня тут дома кто-то завёлся, и Алёшка их не прогнал. Я пойду посмотрю, кто таковы, и что им надо.
— Я загляну после службы, — непререкаемо сказала Лёля.
— Буду ждать, — улыбнулся он.
Если сейчас день, нужно глянуть на часы… о, уже даже хорошо так за полдень, ничего себе! Значит, до конца службы ей осталось не так и много. А потом она придёт… пока же он выяснит, что происходит в его доме.
Тихо подкрался к неплотно прикрытой двери в гостиную, прислушался… и услышал голос, которого здесь не могло звучать вот никак.
— Тебе, Алексей, что было сказано — от барина ни на шаг. Почему одного отпустил? — грозно спрашивал отец, откуда только взялся.
— Думаете, он мне докладывается, — буркнул Алёшка. — У барина служба, вот он по службе и мотается по губернии из конца в конец.
— Домотался, что обвинили во всех смертных грехах, — говорил отец.
— Люди завистливы и злы. Бывают. Довольно часто, — отбрехивался Алёшка.
— А ты на что? Прикрывать! Звать на помощь, а то ему, понимаешь, воспитание не позволяет это делать, или образование, или ещё какая ерунда, — высказался отец.
