– Ну было бы желание, а найти можно, – проворчал клинок.
– Я же сказал, не буду.
– И все-таки, что ты хочешь найти?
– Не знаю. Просто хотелось побыть одному и немного подумать.
– О чем?
– Обо всем. Не успел появиться в городе, как тут же подрался с парнями, которых видел первый раз в жизни, затеял перевоз борделя в свои земли. Посадил под замок наместника. И все ради чего? Сам не знаю.
– Ну, подрался ты потому, что тебя оскорбили, бордель вам в замке и самим пригодится, а наместник давно уже должен был оказаться под замком, просто в городе не нашлось никого, кто оказался бы способным на такое.
– Думаешь, я поступаю правильно?
– Время покажет. Во всяком случае, мне не стыдно за твои поступки. А это главное.
– Главное для кого?
– Для меня. Для нас. Это значит, я могу быть спокоен за свою честь.
– Твою честь?! Прости, но о какой чести может идти речь, когда идет разговор о мече?
– Только не говори мне, что ты забыл все, что я тебе рассказывал о клинках и смене носителя.
– Ах вот ты о чем! Но ведь смена носителя – это решение одного клинка.
Ведь никто не будет порицать тебя, если ты не захочешь сменить своего носителя. Это решать только тебе.
– Верно. Но у нас, у муаровых, тоже есть свой суд. Суд чести.
– И как же это выглядит?
– Когда хранители объявляют сход, весть об этом разносят по всем известным пределам. Сход бывает родовой и общий. На родовом собираются только те, кто относится к данному роду, например древковое оружие или топоры, или длинные клинки. Ну, в общем, ты понял.
А на общий сбор собираются все, без исключения.
– Это что же за сход такой получится, если все оружие в одном месте соберется?
– Не все, а только мы, муаровые. Такой сход, на моей памяти, собирали только один раз. Тогда была объявлена большая война. Царь одной из серединных стран решил завоевать весь мир. Тогда и объявили сход.
– И чем закончилась эта война?
– Его меч сломался, и царь был убит.
– Сломался?
– Да. Иногда нам приходится идти на крайние меры. Казнить отступника.
Тогда палачом стал двухлезвийный лаброс из прокованной черной бронзы. Он был самым старым из семейства тяжелых топоров. Отступник отказался уйти сам.
– М-да. Серьезно. Я только одного не понял, как вы собираетесь?"
"– Когда приходит весть, муаровые начинают подталкивать носителей на участие в турнире или в крайнем случае в войне. Там мы и собираемся. Старейшие, объявившие сход, рассказывают всем причину, и мы решаем, как должен поступить тот или иной клинок.
