Уже через три удара сердца юноша бился в окружении полутора дюжины бандитов. Такеши тщетно пытался пробиться к юноше, нанося неистовые удары неразлучной нагинатой. В круговерти боя юношу оттеснили к скале.
Прижавшись спиной к еще теплому камню, Ал-Тор отбивал направленные в него клинки, умудряясь наносить ответные удары. Бандиты продолжали атаковать, надеясь добраться до него сквозь сотканную его мечом стальную круговерть. Рыча и завывая от ненависти, они бестолково размахивали оружием, нанося бесполезные удары.
Но даже такое подобие угрозы было опасным. Любое ранение могло стать фатальным.
Но юноша не замечал опасности. Оскалив зубы в волчьей ухмылке, он отбивал все направленные на него удары, умудряясь наносить ответные. Он словно слился со скалой, так надежно укрывавшей ему спину.
Заметив его сложное положение, Такеши с ревом взмахнул нагинатой, отделавшись от троих нападавших одним яростным ударом, и, держа оружие на вытянутых вперед руках, бросился вперед. Огромный вес воина, помноженный на разбег, бешеную силу и дикую ярость, просто смел осаждавших юношу бандитов.
Моментально откатившись в сторону, Такеши вскочил на ноги одним толчком. Нападавшим пришлось тяжелее. Трое бандитов так и не поднялись с камней. Падение оказалось для них слишком сильным.
Ал-Тор, не раздумывая, бросился вперед и длинный меч со свистом принялся рассекать ночной воздух. Спустя минуту все было кончено. На дне ущелья остались только трупы. В воздухе висел густой, тяжелый запах свежей крови.
Такеши подошел к полузатоптанному в драке костру и, раздув головню, поджег один из факелов, в избытке заготовленных бандитами. Выйдя из ущелья, воин поднял факел и несколько раз прикрыл его полой плаща, подавая оговоренный знак. Степь тут же загудела от бешеного топота копыт."
"Ветераны на всем скаку влетели в ущелье, готовые с ходу вступить в схватку, но драться уже было не с кем. Успокоив разгоряченных коней, старики недоуменно оглядывались, пытаясь понять, что произошло, и, только разглядев в темноте разбросанные по дну ущелья трупы, начали мрачно переглядываться.
– Я же говорил, что он специально это придумал, – проговорил один из ветеранов и, спрыгнув с коня, шагнул к Ал-Тору, убирая в ножны палаш.
– Скажите, мастер, долго вы еще собираетесь нас позорить? – спросил он, в упор разглядывая юношу.
– Чем я вас позорю? – растерянно спросил Ал-Тор.
– Своим поведением, – ответил старик.
– Бред. Я не хочу это слушать.
