Почему она вообще помогла мне? Почему пошла против своих же, напала на нанимателя?
— Меня зовут Даниела, — коротко бросила девушка. Её тёмные глаза внимательно изучали меня, словно она решала, что делать дальше. Наконец, определившись, она потянулась к ножу, оставленному Гарвином Дрейгорном, и минимальными, экономными движениями разрезала верёвки на моих ногах.
Я застонала, чувствуя острую боль в затёкших конечностях, которые, казалось, не двигались целую вечность. Села, надеясь, что Даниела разрежет и путы на руках.
Но северянка не торопилась делать этого.
— Как ты выжила? — спросила она с сильным акцентом, бесшумно опускаясь передо мной на корточки.
Я вздрогнула. Её движения были точны, резки, но при этом лишены суеты. Где можно было такому научиться? На фоне её спокойной уверенности двое других похитителей казались теперь жалкими любителями. У Гарвина Дрейгорна против неё и вовсе не было никаких шансов.
— Ты сама спасла меня, — прошептала я, сбитая с толку.
— Нет. Не сейчас. Вообще. Ты полукровка. Как ты выжила?
Я отшатнулась, осознав, что она говорит и сразу же почувствовала режущую боль в шее.
Рана, оставленная Гарвином, всё ещё кровоточила, и даже стереть щекочущую струйку крови я не могла — руки оставались связанными.
— Ты тоже полукровка? Дитя гор? Потомок землян?
Её лицо резко нахмурилось, словно она пыталась осмыслить мои слова. Возможно, она не знала этих терминов?
— Дитя гор… Когда-то нас так называли. До экспериментов, — ответила она, её голос звучал странно, отстранённо. — Так как ты выжила? Такие, как мы, не выживают без вмешательства.
— Пожалуйста, развяжи меня… — умоляюще попросила я, но, увидев, что её лицо остаётся бесстрастным, начала говорить. — На проклятых землях… рядом с моей деревней есть ковчег с медицинской капсулой. Я думаю, источник энергии там иссяк, но, возможно, я смогла бы восстановить его, если бы… Что с тобой?!
С лица девушки исчезли все краски — она посерела и даже, похоже, перестала дышать. Её губы беззвучно шептали что-то на неизвестном мне языке.
Словно мои слова потрясли её до глубины души.
— Откуда ты узнала о капсуле? — спросила она, нарушив тишину после короткой паузы. Едва заметным движением, всё ещё оставаясь на корточках, она переместилась вбок и в один точный жест разрезала верёвки на моих руках. — Без глупостей.
— Из хранилища данных в другом ковчеге, — ответила я, оглядывая онемевшие руки и разминая их. Какое же это было наслаждение! — И я не собираюсь нападать на ту, кто спасла мне жизнь.
